Физрук-10: назад в СССР

Не буду пытаться проникнуть в подлинные ваши мотивы, сейчас — это не так важно. Вы уже поняли, Башня не выдумка и не фальшивка, а основное достижение проекта. Неужто вам не хочется увидеть все собственными глазами? Ну а если все-таки — не хочется… Думаете, органам неизвестно, каким образом вы попали под бериевскую амнистию? Когда эвакуировали «НИИ-300», вас среди заключенных не обнаружилось. А вытащивший вас из тюрьмы подполковник Кукольник, оказался предателем Родины. В финской прессе сообщили, что он арестован при нелегальном переходе границы и обратился к властям с просьбой о предоставлении политического убежища. Думаете, никто не догадался связать побег Кукольника с вашим таинственным исчезновением? Ошибаетесь! Расследование показало, что бывший подполковник госбезопасности получил финские дипломатические паспорта от бывшего князя Трубецкого — бандита и валютчика. Надо думать, он и вам устроил справку об освобождении по амнистии. Заметьте, я не спрашиваю, так ли это? Не мое дело разбираться с беглыми преступниками. Более того, я задействовал все свои связи, чтобы вас оставили в покое. Мне необходимо было, чтобы ваша голова поработала на свободе. И результат меня не разочаровал. Ваш «Процесс» великолепен. Однако если вы сейчас начнете ерепенится… В конце концов, подумайте о судьбе вашего брата!

Я посмотрел на Миния Евграфовича Третьяковского. Секретарь СП был жалок. Он сидел, скорчившись в креслице, и старался не смотреть мне в глаза.

— Ладно! Черт с вами! — сказал я. — Банкуйте!

— Вот это другой разговор, — устало проворчал Переведенский и щелкнул пальцами.

С легким шорохом, в комнате возник один из официантов. Присмотревшись к нему, я понял, что не ошибся. Судя по накаченным бицепсам — такой мог и по морде дать и скрутить в два счета. Уже не обработан ли этот парень по методу, о котором болтал сегодня наш гостеприимный хозяин? Умеют нынче члены-корреспонденты устраиваться!

— Подавайте на стол, милейший, — приказал тот.

Кивнув, официант-охранник удалился. Пока подобные ему расторопные парни с равнодушными лицами вносили стол, пока накрывали, я размышлял о том, что проект «Башня» устроен весьма любопытно. Похоже, за всей этой трескучей чушью, которой пичкает нас Переведенский, действительно кроется что-то серьезное. И дело не только в правительственной поддержке. Ведь притащил же он сюда всех этих титулованных товарищей. Взять хотя бы Миния. Не последняя фигура в советской литературной номенклатуре, а ведь подишь ты, за все время нашего не слишком лицеприятного разговора с Переведенским не проронил ни слова.

— Скажите, гражданин Переведенский, — спросил я, когда подали первую перемену блюд, — а кто вы на самом деле?

— Научный руководитель, так называется моя должность, — ответил он.