Форк 1941

Судьбу же последней из пяти сверхплановых машин почти полностью распределённой первой серийной партии определил настоянный на «ностальгических воспоминаниях о будущем» случайный разговор незадолго до первого заседания комиссии.

И то, что собеседниками в нём оказались двое академиков – Иоффе и один из «20+» – руководитель «Стекловки» академик-математик Виноградов. Как мне сообщил Иван Матвеевич, вскоре после революции он работал пару лет в Пермском универе, на физико-математическом факультете. Он, вскоре после нашего знакомства на той самой столь запоминающейся встрече в избранными представителями АН СССР, узнав, откуда именно я родом, весьма дотошно выспрашивал о будущем Перми – том, которое было известно мне.

Слова моего папы, отучившегося на физфаке пединститута (переименованного в педунивер в середине 90х) и ушедшего сразу (ради интереса к программированию, компам и к хорошей для провинции зарплате) в банковские ИТ, отложились в памяти и я смог многое дополнить про Пермь эпохи СССР и первых лет после 1991, в довесок к своим личным знаниями и впечатлениям из 21 века.

Переданные рассказы отца, увильнувшего от педагогической карьеры и вдвоём с напарником «поднимавшего» банковские ИТ в Сбербанке в пределах одного района Пермской области, оказались крайне интересны моим собеседникам.

«Кусочек физики в Перми, кусочек ИТ в районе, кусочек жизни после СССР…» Очень и очень многое, лёгшее мне в долговременную память, вылезало на ассоциациях после свершившегося факта попаданства. Особенно при общении с теми, кто знал родной регион в иной эпохе.

Иоффе и Виноградов услышали от меня, что в 60-70х годах на базе представителей физических факультетов Пермских универа и педа сложилась т.

 н. «Пермская школа гидродинамики». Я даже вспомнил пару известных в будущем фамилий – Жуховицкий, Гершуни – слышанных от отца, часто рассказывавшего о своих студенческих годах, когда отец мечтал отправить меня в технический ВУЗ. От ВУЗа в Перми я «отбился», пойдя на АГС и продолжая заниматься личным бизнесом по созданию игр, но вот… пригодилось ныне. Наверное, эти фамилии, были взяты после нашего разговора «на заметку».

Первым итогом оказалось то, что одна из машин первой партии отправилась в Молотовский универ! Чему, как я понял, дополнительно поспособствовали мои слова и сведения об Кремниевой долине в США, ставшей кластером высокотехнологичных компаний и производств, а также исследовательских и учебных заведений.

Климат, в Перми/Молотове, конечно, совсем не близко к калифорнийскому, но кого в СССР (тем более в сороковые) интересовало подобное? Да и привлечь нужных специалистов было намного проще, чем в США. Совсем другой объём потребных «пряников».