Форк 1941

Слишком много соблазнов являло будущее. Такое близкое, как оказалось. Что такое несколько десятков – меньше сотни лет?

Больше всего Сталина задели не завуалированные (и не очень) упрёки по поводу репрессий, а простая (и невинная с точки зрения самого Рожкова) фраза – «бессребренником быть очень плохо».

«Дать возможность зарабатывать деньги и дать возможность их тратить». Одно прилагается к другому. Только так – настаивал потомок.

А там, в будущем – многого было добиться проще. Просто выбрав иную профессию, просто уехав в другую страну, просто приняв предложенный обществом путь… другие идеалы, другие устремления, иные образы будущего для них самих… всего несколько поколений, а как поменялись люди…

Индивидуалисты и единоличники.

Как не старался Сталин быть объективно-беспристрастным, лёгкое презрение к жителям сытенького буржуазного будущего никуда не девалось. Как только (приняв за истину описание дел из рассказов попаданца) за счет науки, технического прогресса и тех социальных завоеваний, которое их(не его!) поколение выбило из капиталистов, более-менее стало хватать на минимально пристойную жизнь, потомков перестали волновать идеалы… и стало важнее то, что тот же потомок, в своей привычной язвительности по отношении ко всему называл «потребля№;твом».

Вот только житель будущего, несмотря на свою наверное, самоиронию, полагал это нормальным и даже правильным. И это обессиливало и лишало надежд больше всего. Неплохой человек этот пришелец, даже честный и помнящий не только про свой кошелёк, но насколько же в него проникли эти взгляды «буржуазного завтра»! Удобная и целостная система приоритетов и ценностей, между прочим.

«Капиталистическое завтра» оказалось намного изворотливо и более жизнеспособно, чем виделось им тут, в сороковых… может и поэтому он пошёл на поводу у Иоффе. Дать побыстрей с помощью науки и прогресса этому, как оказалось, намного более буржуазному в сути своей обществу те самые материальные блага, которых ему не хватило в 80-х?

А будущие коммунары должны быть воспитаны не в огне революции и кровавой схватке против фашизма – передового отряда империалистов? Только в процессе мирной эволюции? А на войне сгорают самые лучшие, те, с кем можно было бы построить коммунизм?

Впервые в жизни, далёкое будущее было таким туманным и противоречивым.

Верная и ясная теория, которая помогала строить новое общество, молчала. Предвидеть ясно такое будущее не смог, как оказалось, никто…

Без этого предложения академика, возможно, не вышло бы и последовавшего явления Рожкова тем, кого предложил Иоффе. Возможно, он, вождь страны, сам не скоро бы решился на подобное. Если бы вообще решился. Слишком опасные знания нёс в себе потомок.