Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

И немного пришёл в себя. Заревел в ответ:

— Шимановский! Ты конченый идиот и больной ублюдок! «Пятёрка» с тебя пылинки сдувала! Мне вернули первый же на тебя рапорт и сказали, что ничего не видели, и чтобы не видели и дальше! У тебя такая «крыша», что они хомячки перед нею! Какой нахрен приказ куратора? Кураторы жить хотят! — Он хрипло рассмеялся, прокаркал. — Ты везучий сукин сын. Талантливый и везучий. Но какой же ты дура-ак!

Удар. Не сильный, обозначить.

— Да он же! Вот это хмырь! — кивок на завуча. Нашего, присутствующего за нашим столом. Растерянного и потерянного, и стопроцентно сломленного.

 — Мне никто не приказывал, Шимановский. Меня просто ПОПРОСИЛИ сделать одолжение. И ты прав, сукин сын, всё в рамках программы. — Он снова хрипло закаркал. — Но я всегда верил в тебя, и знал, что ты выкрутишься. И спокойно добавил эти сто сорок вопросов. — В глазах его заплескалось зло. — Ублюдок!

— Лестница! Прошли на лестницу! — Солёный.

Время. Мало, очень мало времени!

Надо что-то делать… Что-то делать… Но ЧТО? Что, блин?

Я заходил по «точке», словно загнанный зверь. Спрашивать имя у завуча? Смысл? Мне не интересно, кто заказчик.

Моя цель — запугать исполнителей, обеспечив себе в дальнейшем честность и непредвзятость. Имя пусть Бестия, она же министр образования сеньора Сервантес, пытает. Всё равно я знаю своих врагов, а кто из этих сеньоров унизился до такой малости — не принципиально.

Но что, блин, делать мне? Ибо я подставил Фрейю. «Пятёрка» не при чём, это не они «сливают» меня. М-да, я был худшего о сеньорах мнения, они не размениваются на мелочность. Ударят, без сомнений, но ударят по-крупному. Как только смогут. А экзамен… Да и чёрт с ним! А я, блин, себя накрутил…

«Делай что хочешь, но тот, против кого ты будешь работать, должен сказать ТАКОЕ, что мне простятся все грехи!»

Фрейя.

Мышонок. Нет, раз я за это взялся — я тебя не подставлю! И доделаю работу. Факты не вскрылись? Нет. Вскрылись, но не вопиющие. За которые вряд ли отмажут за произведённый в школе погром и отравление токсином двух преподов, не считая разоблачения агентов. А по техзаданию он должен именно СКАЗАТЬ что-то…

— Слышь ты, 28145-14? — присел я рядом с корчащимся в муках своим преподом. — Давай не будем про булочки и кураторов. Давай лучше о тебе поговорим.

Скажи, вот зачем ты это делаешь? — Пауза. — Зачем стучишь, строчишь доносы, портишь людям жизнь? Ты ведь не веришь на самом деле, что из всех этих ребят вырастут террористы. Ты ЗНАЕШЬ, что не вырастут! — прорычал я, вложив в голос энергию. — Как бы вольно не рассуждал школьник — он всего лишь ШКОЛЬНИК!!! И даже если станет оппозиционером — у нас ведь свободная страна! Каждый может выражать политические предпочтения. Зачем ты делаешь это?

Препода корёжило. Ох, как его корёжило! Крутило буквально.