Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

 — Что, как трахнул, сразу верёвки вить? Хуан, я, может, куда большего достойна!

Притянул её к себе и чмокнул в носик.

— Сильви, я люблю тебя. Просто моя любовь, она… Не такая. Не от мира сего. Я и сам не от мира сего.

Сеньориту пробрало зло. Волна пробежала по телу до кончиков пальцев.

— И, между прочим, это пол, — произнесла она, не найдя, что сказать, чтобы меня достать. — По которому ногами ходят. А мы на нём голые лежим.

— На Венере нет дорожной пыли, как на Земле. Переживём. — Я поднялся, протянул ей руку. Поднялись. Оглядел пол её кабинета. — А коврик у тебя шикарный. Очень мягкий. Как специально для меня купили.

Её снова разобрало зло, топнула:

— Хуан, прекрати! Хватит издеваться! — Она потянулась к одежде, принялась лихорадочно одеваться. Трусики от модельера, прозрачный лиф, деловая юбка, блузка и пиджак. И шляпка — но шляпку цеплять не стала. А я люблю, когда девочки с непокрытой головой. — Пришёл, понимаешь! Трахнул с порога!.. А я, может, хотела бы не на коврике в кабинете. Я, может, хочу дома. В собственной постели. И не раз в месяц по-быстрому, а каждый день. И не делить тебя со всякими белобрысыми шмарами.

— …Сказала чистокровная натуральная блондинка, — произнёс я, подойдя сзади, проведя ей руками по волосам.

— Тут главное слово «шмара», — замерла на мгновение от прикосновения Сильвия.

— Но ты указала только одну. Белобрысую. А по твоим разведданным, у нас поселилась и не белобрысая. К ней, получается, не ревнуешь?

Сильвия обернулась, подтянулась и села на край стола. Посмотрела с недоумением.

— Хуан, если она тебе так нравится — забирай её. И переезжай ко мне. Против Санчес ничего не имею.

Вот как! Охренеть. Я раскрыл рот, но не знал, что сказать.

— Я — бизнесмен, продолжила она. — А в будущем стану… Ещё более важным и занятым бизнесменом. Отец не говорит это вслух, но все понимают, что Себастьян пролетает с компанией. А значит домом и детьми заниматься мне будет некогда. — В голосе лёгкое разочарование, но именно лёгкое. — В моей семье это делала мать… До моего рождения, — поправилась она и опустила голову. — А я в своей… Ты не из тех, кто будет следить за детьми, убирать пелёнки и варить кашу. Пусть это будет Санчес, она справится.

Я её обнял, прижал к груди.

— Моя ты практичненькая бизнесменша… Как же я тебя люблю… — Принялся гладить её пушистую шевелюру.

— Но живёшь со всякими шмарами! — Пинок мне под дых. Не сильный, но повело. — Одевайся, Хуан, — железным тоном повелительницы мира произнесла она. — И давай уже обсудим, ради чего ты сегодня припёрся и с порога поставил в колено-локтевую на этом, не спорю, прекрасном коврике, — кивок на пол её кабинета.

Вино было отличное. Глупо ждать иного от такой, как Сильвия. Она села не на своё директорское место, а рядом, напротив меня.