Ген подчинения. Том 3

— Честь? Достоинство? Ха, вы, жалкие отбросы общества богов, не имеете право упоминать эти понятия! Где была ваша честь, когда семьсот тридцать первый отряд зверствовал в Китае во время тобой начатой игры, Марс? — На повышенных тонах рыкнул примат. — Где было твоё достоинство, когда Демоны Хокайдо заживо, по кусочкам рвали тела китайских детей, пожирая тех на глазах у матерей?! К чёрту меня и мою страну, где были твоя честь и достоинство, когда в печах Освенцима, недалеко от твоей малой родины, заживо сжигали людей? Где было это всё, когда голодающие матери убивали своих же ослабевших детей, дабы их плотью накормить и сберечь от голодной смерти оставшихся? Все твои ценности и принципы — лишь красивая ширма, за которой пустота. Думаю, даже у того щенка, прячущегося за твоей божественной задницей, понятий о чести больше, чем у тебя самого, Марс, так что можешь даже не пытаться учить меня жизни. — Замыленный взгляд Укуна, вспомнившего нечто ужасное из своего прошлого, уткнулся в пол.

Кажется, лишь теперь он смирился со своей участью и незавидным будущим, ожидавшим того в дальнейшем.

Более часа Марс и Афина правдами и не правдами пытались выудить из того хоть какую-то информацию по дворцу Ба и дальнейшего мероприятия. Сейчас, пока он ещё в мире смертных и может что-то рассказать, он был полезен, хоть по лицам всё тех же греческих богов было понятно: полезность его временная, и конец все так же очевиден. Пытать бога было бесполезно, разговаривать с ним также была та ещё морока. Непривыкшие к столь вульгарной форме общения, Марс с Афиной едва сдерживались, дабы не свернуть голову лепетавшему не по делу примату. В конце концов, и сам подуставший Сунь, впервые пожелав пообщаться на серьезную для него тему, обратился ко мне.

— Эй, русский, я устал разговаривать со шкафом и прикроватной тумбочкой, может, сменишь их, а то как-то скучно стало? — Проигнорировавшая столь детское оскорбление Афина подозвала меня. Ей нужен был этот разговор для анализа. Я понимал это и препятствовать, разумеется, не стал. Чего такого обо мне мог сказать этот бог, чего, собственно, я и сам не мог знать?

— Скажи, сила, при помощи которой ты влюбил в себя Хэ, она ведь была заимствованной, верно? Ты же при помощи осколка подчинил ту себе, чертов выродок! — Сменив вопросительную форму на восклицательную, простонал Укун. — Ты хоть знаешь, сколько ночей та прорыдала, каких дров чуть не наломала, узнав о том, что ты каким-то образом уцелел? Она говорила, у вас всё серьезно, мол, ты парень хороший и достоин её покровительства, а как на деле оказалось… Без зазрения совести избавился от девчушки, как только запахло жареным? — Это он сейчас о пропажи Суинг? Четко ребятки Континентали работают, даже Укун не в курсе.