Герцог на счастье

Неспортивно? Я старая любопытная бабка с опытом следователя. Мне все можно.

Тем более если этот, как его… о, вспомнила имя! Оливия о нем слышала. Гаспар Де Бар. Красиво и в рифму. Так вот, этот Гаспар рычит абсолютно по делу.

Потому что на теле Кена были следы не только от кнута, но и от других пыток. Например, большой ожог на животе, сине-багровые полосы на руках от запястий до самых плеч. Это значит, Кена связывали и подвешивали на дыбе. Сволочи…

Что там особенно зверского Гаспар разглядел через свое стекло сильно ниже талии Кеннета, я уже высматривать не стала. У меня от размеров ожога сердце сжалось.

Все-таки не постороннего человека осматривают, а типа мужа. Мне с ним какое-то время вместе жить под одной крышей и, возможно, консумироваться. К тому же я терпеть не могла такие методы дознания. Это глупо и непрофессионально.

Гаспар между тем окончил осмотр, покосился на ширму и прикрыл пациента одеялом до пояса. Потом полез в саквояж, который принес с собой, и, пока там копался, начал негромко выдавать последние новости:

— Я прилетел только утром и сразу отправился в комитет дознания. Но пока громил канцелярских крыс, пришло известие, что казнь отменили.

Причины никто не знал, и у всех было столько разных версий! — судя по смешку, Де Бар пытался пошутить. — Так что я вернулся к себе и закинул в свою сумку все, что могло пригодиться! Поэтому уже был полностью готов, когда ко мне ворвался господин Рокруа. Он так торопился, что даже воспользовался правом сотрудника королевской библиотеки на телепортацию!

Из услышанного я сделала сразу два вывода. У Оливии очень хороший и ответственный брат, но это и так было ясно. А еще тут действительно есть телепортация.

Правда, пользоваться ею могут не все, а только те, кто служит в королевских учреждениях.

— Да! Ты не переживай, вещи твои из академии я лично перевезу. — Гаспар плавно сменил тему со сбора собственной сумки к сумкам друга.

— М-м? — вопросительная интонация у Кена получилась очень выразительная. Он беспокойно ерзал в подушках, стараясь умоститься в них поудобнее. И тоже косился в сторону ширмы.

Я ее поставила очень продуманно: возле окна, но плотно зашторенного. А у изголовья кровати Де Бар зажег еще два светильника. Так что мне было прекрасно видно в мою щелочку, а мужчинам меня — нет.

Наверное, поэтому, когда я затихла, они не то чтобы забыли обо мне. Нет. Просто постепенно самую малость расслабились и начали разговаривать несколько свободнее.

А я пожалела, что не догадалась захватить сюда блокнот и карандаш. Очень полезная привычка была во время работы следователем. Пора к ней вернуться. Краткие тезисы, стрелочки по наитию, имена, даты… легче сразу записать, чем по двадцать раз переспрашивать.

— Сам понимаешь, Кеннет, тебя туда уже не пустят.