Пленница Зверя

Снова начинаю плакать, ведь все закончилось, но только совсем не так, как я хотела.

– Ну, – мужчина нависает над столиком, – хватит разводить сырость. Зверь этого не любит. Будешь ныть – быстро в расход пустит. У тебя теперь никаких привилегий нет. Молись, чтобы он все как есть оставил.

Мне снова становится дурно. Бакир прав – теперь я совсем ничего не стою для Даяна.

– Это он убил... их? – в горле скапливается болезненный ком.

– Думать тебе сейчас нужно вовсе не об этом..."

"Мужчина не отрицает. Он НЕ ОТРИЦАЕТ. Я собственными глазами видела, как Зверь и его люди избивали того мужчину, а потом Даян хладнокровно застрелил его, поэтому у меня нет оснований полагать, что убийство родителей не дело рук этого мужчины.

– Отпустите меня, пожалуйста, отпустите... – молю сквозь слезы. – Я спрячусь, залягу на дно. Вы больше никогда не услышите обо мне. Я никому ничего не расскажу, обещаю. Всю жизнь буду молчать, если сегодня же с ней не распрощаюсь.

– Решать твою судьбу будет Зверь. Это он забрал тебя. Я не имею права принимать решения за него. А за тебя головой отвечаю, слышала?! И мне котелок пока дорог, ясно?! Ты – девочка Зверя, и будешь ей, пока он не решит обратного.

Захожусь горькими слезами. Девочка Зверя... У меня даже имени нет, получается. Безликая послушная игрушка в лапах дикого животного. Бесправная и забитая от страха.

– Нет! Нет! – ору я и вскакиваю с места, когда осознаю всю суть происходящего. – Лучше здесь прямо меня зарежь! Я нож видела. Сдохну, но подстилкой Зверя не стану, ясно?!

– Чщщщ... – Бакир тоже поднимается со своего стула. – Ты что творишь? – цедит он.

– У вас все в порядке? – из ниоткуда рядом с нами возникает охранник.

– Нет! – всхлипнув, пищу я.

– Да! – одновременно со мной огрызается прихвостень Даяна.

– Я спрашиваю девушку, – поясняет незнакомый мужчина, на что Бакир тоже находит ответ:

– Жена просто беременная, гормоны шалят. Не обращайте внимания, – он старается произносить слова как можно более спокойно, будто и вправду я всего лишь бешеная беременная девица.

– Он врет! Помогите! – не унимаюсь я. – Меня похитили и держат насильно.

– Андрюх! Полицию вызывай! – кричит кому-то охранник.

Бакир быстро и незаметно достает нож. Упирается острием лезвия в живот мужчине. Я зажимаю рот трясущимися руками. Неужели, на моих глазах погибнет еще один человек.

– Дорогая, – бандит обращается ко мне, и я это понимаю, – давай, ты прекратишь опасные игры, и скажешь нашему новому знакомому, что обманщик здесь не я.

Вижу, как Бакир сильнее надавливает ножом, кажется, что тот вот-вот проткнет живот охранника. Я не могу допустить того, чтобы кто-то пострадал из-за меня.

– Жена. Жена! Я Жена! – срывающимся голосом кричу я. Лишь бы отпустил!

""Муж"" убирает нож так же быстро и незаметно, как и достал.