Горячее прошлое [сборник]

– Я помогу вам взять братьев, знаю, где они сейчас! – заявил он.

– Врешь, – коротко бросил Гуров.

– Нет, не вру. Они во Фрязине, в дачном поселке. Я сам их туда отправил, – зачастил Мах. – Они приезжали ко мне, просили укрыть их. Вот я братцев во Фрязино и отправил. Денег у них в обрез, я дал им всего три тысячи.

– Точный адрес говори! – приказал Лев Иванович.

Мах продиктовал ему название дачного кооператива, назвал имя сторожа, который должен был найти жилье для Ткача и Вовчика, и номер его телефона. Он сказал, что сам не звонил, хотел сначала до места добраться, разведать обстановку, а потом уже на сторожа выходить.

Гуров вызвал конвой, приказал отвести Маха в камеру.

Как только дверь за ним закрылась, Крячко выдохнул и негромко произнес:

– Ну ты и выдал, Лева! В какой-то момент я и сам поверил, что ты его четвертовать решил.

– В какой-то момент я действительно готов был его четвертовать, – признался Гуров. – Проклятая работа! Общаешься со всякой дрянью, а потом их же методами действовать начинаешь. Противно.

– Забей. Ты сделал то, что должен был, – подбодрил друга Крячко. – Знаешь, если тебя это утешит, то я скажу, что никто не смог бы расколоть Маха быстрее, чем это сделал ты.

– Все, закрыли тему. – Гуров поморщился. Похвала подобного рода ему нисколько не льстила. – Собирайся, мы едем во Фрязино.

Во Фрязино они съездили, сторожа нашли. Только вот он ни о каких дружках Махинатора не слышал, никого на дачах не поселял и вообще давным-давно с прежней должности ушел. Этот человек получал от государства пенсию, жил подсобным хозяйством, а про свои незаконные делишки даже вспоминать не хотел.

Оперативники все равно прошли дачи из конца в конец, проверили каждый дом, но никого не нашли.

Сезон у дачников начинался с апреля, так что хозяев дач ждать было рано. Участки стояли пустыми и казались заброшенными. Следов пребывания человека не удалось обнаружить ни у одной дачи.

С тем сыщики и уехали.

В управлении они снова подступились к Махинатору. Тот настолько искренне удивился тому факту, что на дачах братьев Ткаченко не было, что необходимость в дальнейших расспросах отпала.

Мах не на шутку боялся, что теперь Гуров исполнит свою угрозу или каким-то другим образом окончательно испортит ему жизнь.

Поэтому он начал лихорадочно соображать, куда могли поехать братья, если не воспользовались его предложением? Ответ напрашивался только один. Они отправились во Владимир. Туда, где прежде жил Вовчик, а еще раньше, в детстве и юности – Ткач. Об этом Мах и сообщил Льву Ивановичу.

– Вовчик во Владимире лет тридцать прожил, – заявил он. – Ему там каждый закуток знаком. Может, в дом матери они и не пойдут, но во Владимир точно поедут.

– Почему ты так в этом уверен? – Гуров не особо доверял словам Маха.