Горячее прошлое [сборник]

Для чего преступникам нужно было рисковать и перегонять автомобиль на Старо-Марковское кладбище? Почему они не бросили его здесь?

– Потому что тут тоже люди ходят. Грибники там всякие, охотники, рыбаки, – ответил Стас.

– И что с того? На кладбище тоже не одни покойники обитают, – заметил Лев Иванович.

– Может, они, наоборот, хотели, чтобы машину побыстрее кто-то нашел.

– Может, и хотели, но зачем?

– Да кто их знает. – Крячко пожал плечами.

– Вот в этом и загвоздка. Для меня мысли и поступки этих преступников – полная загадка. Зачем им сперва нужно было тащить парня в такую даль, а потом возвращать в город? Чего ради они вообще его живым оставляли?

– Сам-то как думаешь? – выдержав небольшую паузу, спросил Станислав.

– Вариантов несколько, но все они притянуты за уши, – ответил Гуров. – Возможно, что все это – поездка в заброшенный автобат, пытки, багажник – является лишь средством устрашения или давления на кого-то третьего. Допустим, преступникам нужно получить информацию от некоего лица, но он никак не поддается ни на уговоры, ни на угрозы. Что в таком случае остается делать этим негодяям?

– На глазах у этого третьего лица пытать человека, который тому не безразличен. Ты об этом?

– Да, это один из вариантов.

– А когда преступники информацию получили, они решили с мокрухой не связываться и отвезли тело в такое место, где его должны были быстро найти.

– И это возможно, – согласился Гуров. – В случае с Веденеевым они просто просчитались. Будь на Старо-Марковском кладбище добросовестный сторож, возможно, парня и успели бы спасти.

– Так он сдал бы их. Разве нет?

– А вот это уже другая тема, – произнес Лев Иванович. – Допустим, Веденеев знал, что в руках у преступников осталось то самое третье лицо. Они наверняка объяснили парню, что он не должен развязывать язык. Иначе его другу придется ой как плохо. Стал бы он при таком раскладе откровенничать?

– Да сто процентов стал бы. Во-первых, друга надо выручать. Во-вторых, как-то нужно объяснять то, что с ним произошло. В-третьих, жажда мести, которую еще никто не отменял.

– Нет, Стас, тут ты не прав. Мальчишке девятнадцать. Весь его опыт общения с преступным миром составляют кадры криминальной хроники и художественные фильмы. А там, сам знаешь, любят приукрашивать, причем не в нашу пользу. У них что ни преступник, так отъявленный отморозок. Вот и суди, что сделал бы Иван, если бы его все же спасли.

– Ладно, это все догадки. Сейчас-то нам что делать? Чего или кого конкретно ты опасаешься? – осведомился Крячко.

– Прежде всего я опасаюсь тех людей, которых мы можем встретить в заброшенных казармах, – честно ответил Гуров. – Тут мне в голову пришла вот какая мысль.