Гроза ада (БЕСсильный чемпион) [Компиляция 1-7]

— Норм, — решает командир группы «Смерч».

— Аднака, фсё стала цвета Али, — майор Крокодил вертит объективами на глазах. — Зелена.

Ну да, в ПНВ изображения подаются в оттенках зеленого.

Я же верчу в руках фотографию, что передал патрулям пастушок. А пастушку передал хан Дахтажан Фазн, командир базы Джавру. На снимке сам хан — в желтом тюрбане, с кинжалом в руке, а рядом адъютант держит за голову опрокинутого Дмитрия Долгоногого. Того самого блондина, которому я милостиво сломал бедро в дуэли в Кремле. Афганцы с графом не в пример строже обошлись. У Дмитрия нет ушей и нос, в глазах боль.

Поверх снимка написано по-русски с ошибками:

«Одна русский уже на колени, скаро рядом стать второй».

— Словно Али писал, — хмыкает Бестия, заглядывая мне через плечо. — Знаешь его?

Складываю фото и убираю в нагрудный карман разгрузочного жилета — рядом с шариком полисплава. Слышал я краем уха, что у Долгоногих миссия по соседству с Бородовыми, но не предал значения.

— Так, раз морду набил за оскорбление моей женщины.

— Женщины? Понятно, — нахмурившись, Бестия отворачивается к окну.

Нашу бригаду коммандос из восьми человек высаживают на вершине в трех километрах от базы.

Точнее над входами в подземные убежища. Вертушки поднимаются, и тихо улетаю во тьму. Низко-низко прижимаясь, чуть ли не скребясь железными брюхами о торчащие камни. Мы скрытно продвигаемся дальше в гору. Али в нетерпении машет хвостом, облизывается. Скоро запахнет жареным.

Веду группу я, как самый зрячий. У самого обрыва вытягиваю руку, останавливая Ясну.

— Канаты, — отдаю приказ, встав над пропастью.

Пока группа разматывает веревки для спуска, сам формирую крылья летучей обезьяны и пикирую прямо в траншею.

Лечу над вырытым лабиринтом, пока не замечаю стальной колпак огневой точки. Дежурный за пулеметом правит ножом бороду. Нашел место побриться. И, конечно, доспех снял по такому случаю.

Подлетаю сверху и аккуратно пинаю в затылок. Один удар — готов покойник.

— Ясна, доложи обстановку, прием.

— Спустились, Кот и Али снимают часовых, остальные жду….

Разносится рык выстрелов за колючей проволокой.

— …Поправка, все теперь при делах.

— Сейчас буду. Конец связи.

Крылья с хлопками уносят меня на громоподобные звуки.

Мигают в ночи палящие стволы автоматов. Толпы моджахедов рвутся из подземных нор, а их встречаю всего лишь семерка «зорь». От правой руки Бестии вьется зигзаг синей молнии, из ладони левой выплескивает кислотная зеленая волна. От взгляда девушки басмачи вспыхивают как свечи. От топота ее армейских буц — придавливаются гранитными плитами. Нехило ее усики живы раскачали. Всё многообразие стилей в одной женщине.

Слепой Кот ступает к врагам мягко как ниндзя. Он не атакует, лишь отражает — их же техниками.