Я - ваши неприятности

 — А мне казалось, он довольно приятный молодой человек.

— Мы говорим о разных людях? Кстати, он упорно на вас смотрит. Я сидела к Циркачу спиной и наблюдать за ним не имела возможности. Приходилось полагаться на Серафиму. Илья Сергеевич почему-то занервничал, разговора не получалось. Серафима была слишком увлечена наблюдением, чтобы достойно реагировать на два внешних раздражителя в виде сидевших за столом мужчин.

— Он остался из-за тебя, — продолжала радоваться тетушка.

Мне же был чужд ее оптимизм.

— Ну и что? Может, пригласить вас на белый танец?

— Наверное, это все-таки слишком.

— Да? А то я с удовольствием…

— Пригласить должен он.

— В спортивном костюме? По-моему, это несколько странно. А потом, не принято приглашать на танец женщину, сидящую в компании мужчин.

— Где не принято? — начала вредничать Серафима, я только рукой махнула.

В конце концов тетушке надоело разглядывать Циркача, было ясно, что никаких шагов в отношении меня он предпринимать не будет, по крайней мере сегодня. Мы вздохнули: тетушка с грустью, я с облегчением.

Мужчины, потратив некоторые усилия на бесплодные попытки завязать с нами разговор, на время удалились. Серафима прикидывала наши шансы в отношении обладателя спортивного костюма, когда я, почувствовав чье-то присутствие рядом, с удивлением обнаружила, как переменилась в лице тетушка. Я посмотрела вправо, пытаясь отгадать, что у такое особенное она усмотрела за моей спиной. И увидела Каткова. Как-то я умудрилась забыть о его существовании. Оказалось, напрасно. Каток был изрядно пьян и в приподнятом настроении.

— Привет, Серафима, — сказал он.

Голос как нельзя лучше соответствовал его облику: чувственный и возмутительно наглый.

— Здравствуй, Юра, — спокойно ответила Серафима.

— Вроде сегодня понедельник? — поинтересовался он.

— Помню, Юра. Нашла покупателей на квартиру. Я отдам деньги, все до копейки, не сомневайся.

— Не сомневаюсь, — хохотнул он и покосился на меня.

— А это, значит, твоя племянница?

— Да. Приехала в отпуск.

— Ясно. Тетушке помочь в трудную минуту? Молодец, деточка. — Привалившись к моему стулу, Каток стал меня разглядывать. Удовольствие небольшое. Помня советы Серафимы, я сосредоточилась на тарелке. — Племянница у тебя что надо, — ухмыльнулся Каток, сделал паузу и добавил:

— Только ведь я натурой не беру, так что не трудись.

Выражение “вся кровь ударила в голову” стало мне совершенно понятно, надо полагать, именно это со мной и произошло, потому что я разом забыла все тетушкины советы, посмотрела на Катка и поинтересовалась:

— Вы что, местный сумасшедший?

— Деточка, — ласково сказал он, — сунь в ротик апельсинчик и заткнись.