Истребитель. Ас из будущего

За звание и должность Тихон получал четыреста пятьдесят рублей, только переводить их было некому. А еще летчикам платили за сбитые самолеты: за вражеский истребитель – тысячу рублей, за штурмовик – тысячу триста, за бомбардировщик – полторы тысячи. Доплачивали также за награды: за орден Красного Знамени – двадцать пять рублей ежемесячно, за орден Ленина – пятьдесят. Но ордена в 1941–1942 годах имели очень немногие.

Летчики подходили и расписывались в ведомостях. Для них самих ничего не изменилось, а вот их семьям придется туго. Тем, кто работает в тылу и получает продовольственные карточки, еще ничего, хуже, когда родня в селе проживает – тем одни трудодни в колхозах пишут.

А людям живые деньги нужны, многочисленные налоги платить надо – за дом, за скотину.

И продовольственных карточек, как в городах, жители села не имели. По карточке буханка хлеба стоила три-четыре рубля, а на черном рынке – пятьсот, килограмм сала – полторы тысячи, десяток яиц – сто рублей, бутылка водки – восемьсот. Заработная плата квалифицированного рабочего – токаря, фрезеровщика – составляла триста-четыреста рублей.

Замполит же был рад: как же, все единогласно подписались! А по-другому быть и не могло, не зря, кроме партийного руководителя и полкового казначея, на собрании еще «особист» присутствовал. Откажешься от принудительно-добровольного займа – сразу вопросы типа: ты что, Родине в тяжелый час помочь не хочешь?

Страна, боясь увеличения денежной массы, гиперинфляции и последующего паралича всех укладов жизни, вела жесткую финансовую политику – и так цены по сравнению с довоенными выросли в семнадцать раз.

В тылу тоже проходили подобные акции.

Так, крестьянин Ферапонт Головатый отдал сто тысяч рублей на постройку самолетов. Сдавали золотые украшения, столовое серебро.

Немцы, как и Наполеон в свое время, пытались разрушить финансовую систему. Наполеон печатал фальшивые деньги – немцы тоже это делали. Кроме того, продвижение их на восток в первые месяцы войны было столь стремительным, что банки не успевали вывезти бумажные деньги и ценности. Такими деньгами немцы, не жалея, снабжали свою агентуру.

Предателей и изменников в стране тоже оказалось достаточно – бывшие дворяне, купцы, крепкие крестьяне, несправедливо пострадавшие от сталинского террора.

Но реально подкосить финансовую систему СССР немцы не смогли, а вот у самих к концу войны она рухнула. В оккупированных странах они ввели оккупационные марки, но непомерную тяжесть военных расходов Германия не выдержала: более качественная техника стоила больших денег, тот же «Тигр» стоил более миллиона рейхсмарок. Тогда как в СССР из-за внедрения простых технологий оружие к середине войны стало стоить дешевле.