Каникулы для взрослых

Ей нравилась баронесса, нравилось, что вместе с ней она попадала в так называемую «зону комфорта», которая создавалась вокруг этой женщины будто сама собой. Нравился ресторанчик со скользящими, словно тени, официантами, с веселыми фонариками, развешанными по залу. Нравился мягкий свет и чудесный кофе, поданный с крошечным рассыпчатым печеньем. В середине печенья алела капля джема.

Варя отхлебнула из своей чашки и зажмурилась от удовольствия. Хороший кофе в Москве – всегда неожиданность. Тебе могут принести первоклассный эспрессо в какой-нибудь богом забытой забегаловке, а в шикарном ресторане запросто напоить бурдой. Впрочем, с Элен Хупер всегда все получалось по высшему разряду. Жизнь любила ее. И не по той банальной причине, что баронесса сама любила жизнь. Просто судьба порой играет людьми просто так, без причины – изводя одних и балуя других.

– Ах, моя дорогая! Вы заставили меня вспомнить собственную молодость… Боже, как давно это было. Поверьте мне, в те времена мир разительно отличался от сегодняшнего!

Элен Хупер повернула голову и посмотрела в окно, словно еще раз желая убедиться воочию, как сильно все изменилось. На улице по-прежнему шел снег. В зыбкой белой пелене двигались угольно-темные силуэты прохожих. Ворча и роняя искры, проползали усатые троллейбусы, похожие на неведомых чудовищ.

– По-моему, все ваши горести оттого, что вы просто не разобрались в себе, – добавила баронесса, подзывая официанта взмахом руки. При виде снега на улице ей захотелось еще горячего чаю. Дурная привычка, которую она приобрела в России – пить обжигающий чай.

– Да ведь это самое сложное – разобраться в себе самой, – вздохнула Варя. – А вдруг ошибешься? Соблазнишься пустяком и пропустишь что-то настоящее?

– Если вы имеете в виду любовь, то боитесь не напрасно. Настоящая любовь, увы, не похожа на поезд, который ходит по рельсам и придерживается расписания. Она может кошкой прокрасться мимо вас, а вы и не заметите.

Элен Хупер замолчала, дожидаясь, пока официант закончит свое священнодействие. Варя тоже стала ждать. У официанта было непроницаемое лицо и руки пианиста – он действовал ловко, но неторопливо, каждое закругленное движение имело маленький изящный «хвостик», похожий на росчерк пера.

– А как же ваша теория? – с жадным любопытством спросила Варя. – Вы ведь говорите, она помогает принимать правильные решения. Но выбор спутника на всю жизнь – это тоже решение!

Баронесса внимательно посмотрела на девушку. Варе почудилось, что в ее глубоких глазах проскользнула печаль.

– Сказать по правде, в этом вопросе я не эксперт. Мое сердце ни разу не было разбито, оно целенькое, словно хрустальная конфетница, которую держат в буфете под замком. Внутри, увы, нет ни одной конфетки – только пустые фантики.