Каникулы для взрослых

А я такая дура!

– Дуры в группе Карпухина не работают, – авторитетно заявила Варя. – Ладно, черт с тобой. Храни свой секрет. Когда прилетим, я помогу тебе приодеться.

– Спасибо! Я знала, что ты мне не откажешь.

– Да? – Брови Вари скептически взметнулись вверх.

– Конечно! Ты самая добрая из всех. Может быть, чтобы не терять время, мне попробовать подкрасить губы?

– В этом определенно что-то есть.

Варя была потрясена Тониным энтузиазмом. Вероятно, влюбленность достигла стадии, которая предполагает бурную деятельность. Интересно, кто же объект? Объект, конечно, ничего не заметит. Какой мужчина замечает, накрасила женщина губы или нет?! Нормальному мужчине подавай всю женщину целиком, чтобы другие смотрели и облизывались. Отдельно взятые улучшения женской внешности его не впечатляют.

– Пойду куплю помаду. – Тоня вскочила, схватила свою сумочку и через несколько секунд уже смешалась с толпой.

Варя осталась одна и тут же принялась размышлять, в кого же та могла влюбиться. Как раз в этот момент вернулся Костя Петельников – огромный шкаф с руками портового грузчика и глазами младенца. Глаза были фиалковыми. Впрочем, на лице имелись еще очень крупный нос и пегие усы, похожие на размазанную грязь. Возможно, в представлении Тони Петельников был неотразимым красавцем.

– Посмотри, что я нашел, – Костя улыбался во весь рот и совал Варе под нос коробку с фильмом «Крестный отец». – Ты книжку, по которой кино сняли, читала?

– Кто ее написал, знаешь?

– А теперь прочитай вот это!

Костя с победным видом ткнул пальцем в обложку. На обложке было крупными красными буквами написано: «По роману Марио Пузо». Варя рассмеялась.

– Обожаю наш народ! – не унимался Костя. – За простодушие и веру в собственные силы.

– Костя, последи за вещами, – попросила Варя. – А то мне тоже хочется прогуляться. Стою тут, как новогодняя елка.

– Иди, не вопрос! – разрешил Петельников и махнул ручищей. Ручища была, словно лопасть огромного вентилятора, от ее взмаха аж ветер поднялся.

«Тоня запросто могла влюбиться в Петельникова. Или в Эдика Тавлая. Надеюсь, не в Ружейникова! И уж точно не в Антона Куперовича», – подумала Варя. Тот как раз шел ей навстречу. Куперовича за глаза называли Знайкой. Он был бледным, хилым и носил очки в толстой и некрасивой роговой оправе. Неизвестно, где он ее взял, эту оправу. По наблюдениям Вари, подобный ужас уже давно в магазины оптики не поставляли.

– А где Ярослав? – спросил Куперович, поравнявшись с Варей.

– Не знаю, я его не видела. А что?

– Там приехала мать Дианы. Мне показалось, у нее лицо заплаканное. Вдруг что-то случилось? Не хотелось бы, чтобы наши каникулы начинались с неприятных происшествий. Я, знаешь ли, фаталист. Без босса мне что-то лететь не хочется.

Варя мгновенно всполошилась.