Хагалаз. Восхождение (СИ)

Интересно, на коронации Иландара было столько же народа? Девушка смотрела в толпу и не могла окинуть её взглядом: так много мешалось в ней пёстрых нарядов и негармонирующих серых лиц. Некоторые были удручёнными, даже озлобленными, но таковые держались в стороне, иные же глядели с любопытством и восхищением. «Хватит искать в каждом врага», — говорила себе Хизер и даже пыталась улыбаться народу, одинаково приветствующему кровавые расправы и новых королей.

Шедший позади Леоссар старался не терять бдительности, тогда как во истину сложно было оторвать взгляд от плывущего грациозного силуэта принцессы.

Он настолько привык видеть Хизер в теле воина и борца, что её королевская красота ослепила его и даже несколько вернула в реальность. Маг наконец-то увидел перед собой девушку в расцвете сил, а не беглую обезумевшую преступницу. Неужели так она выглядела до того, как лишилась дома и статуса?

Добравшись до храма Геул: высокого изумрудного строения, сверкающего в лучах осеннего солнца, Отец Люрэс громко прочёл молитву вместе с наследницей. Присутствующие люди присоединились, вознеся к небесам благодарность и попросив взамен милости.

В здание проследовали немногие избранные. Процессия двинулась к алтарю. Поднявшись за священнослужителем, Хизер приподняла платье и опустилась на одно колено. Мужчина взял с алтаря пергамент, развернул его и начал читать.

— Клянёшься ли ты, Хизер Эрэста Дефоу, перед богом, создателем всеобщим, прародителем рода человеческого, и перед народом государства сего, что являешься единственной законной наследницей, и ни одна живая душа не смеет воспрепятствовать твоему восхождению на престол?

— Клянёшься ли ты соблюдать законы государства сего, чтить его традиции и нравы, быть опорой и щитом народу, который берёшь под своё покровительство?

— Клянёшься ли ты править справедливо и мудро, хранить веру Геул, быть примером добродетели и мужества?

Отец Люрэс задал ещё ряд вопросов, после чего с алтаря был взят ритуальный меч династии с позолоченным эфесом.

Девушка позволила надрезать свою длань и поклялась перед реликвией предков. Струйка крови стекла в серебристую чашу, которую прежде нёс Леоссар. Отец Люрэс поставил её у каменного изваяния божества и попросил у Геул благословения рода. После того, как они вновь прочли молитву, кровь была разбавлена вином, и девушка сделала несколько глотков, завершающих ритуал. На её голову водрузили корону. Хизер, наконец, поднялась, и церемония закончилась ответной присягой подданных.

Во дворец девушка вернулась лишь под вечер. Она вымоталась и хотела упасть в объятия тишины, однако приличия требовали её присутствия на балу в честь коронации. Хизер давно не бывала на балах.