Клан Борзых 2: Приемыш, том 2

Я вжал газ до максимума, уловил мгновение, когда Ольга выстрелила, расчищая путь. И мы, воспользовавшись неразберихой, выскочили из туннеля, оставляя за спиной преследователей в куче.

— Держись! — приказал я и, не снижая скорости, вырулил между развалинами зданий. Оборачиваться и проверять, нет ли погони, я и не думал. Сейчас главным нашим преимуществом была скорость, и я не собирался ей жертвовать. Выбросил дрон для разведки, но он словно воздушный змей чуть не навернулся.

«Куда⁈» — мысленно рявкнул я, и тут же перед глазами появились полупрозрачные стрелочки. Не следы гусениц, как я отметил про себя, но потом дрону всё же удалось набрать скорость, сравнимую с нашей, подняться выше, и в углу зрения у меня появилась миникарта, на которой отображались ближайшие окрестности.

Выходило, что на самом выезде я свернул не туда, но благодаря навигатору уже ехал параллельно нужной улице. И это радовало. Что не радовало — вырвавшийся из туннеля Старший, который мчался следом за нами, да ещё и на скорости больше сорока километров в час, совершенно игнорируя любые преграды. Словно помесь из горного козла и гепарда, он скакал с камня на камень, сокращая дорогу и всё наращивая темп.

— Нам от него не уйти, — оглянувшись, проговорил я. — Ищем место для схватки, Оля, будь готова.

— Всегда готова, — ответила мне девушка со странной весёлостью в голосе.

Заранее присмотрев подходящее место среди развалин, я резко дал по тормозам, вывернул руль и прошёл боком, ловя в прицел выскочившего старшего. Тот как раз высоко подпрыгнул, перелетая кучу бетона, из которой торчали железные сваи. И на вершине его траектории я вжал спуск.

Грохнул выстрел, снаряд впился в бок твари, чуть развернул её и отбросил в сторону. И в этот же миг Ольга соскочила с седла и бросилась в противоположном направлении. Я было подумал, что она просто сломалась и решила сбежать, но девушка с двух десятков метров выстрелила и, почти не целясь, попала в череп монстра.

Тварь каким-то чудом успела опустить голову, и тяжёлая снайперская пуля, вместо того чтобы вонзиться прямо в глаз, отрикошетила от бронированного черепа. Чудище поднялось, и сквозь прорезь прицела я смог оценить его извращённую красоту.

Иссохшее, словно мумия, но в то же время мускулистое, покрытое толстыми пластинами посеревшей от времени брони. С удлинёнными, как у лошади, стопами, оканчивающимися когтями. Руками, от запястий которых шли метровые мечи, толстые у обуха, они сужались до такого состояния, что становились прозрачными.

Проверять, лопнут ли они при первом же ударе или войдут в малейшую щель и разрежут нас, словно масло, не хотелось.