Комендантский час

Первое, что увидел, – это лицо пилота, склонившегося над ним.

– Где сумка? – спросил Муравьев.

– На тебе. Очнулся, слава богу. Встать можешь?

Игорь, опершись руками о росистую траву, поднялся. Ничего не болело, только немного шумело в голове. Он огляделся. Метрах в двадцати горел самолет. Штурман перевязывал Зимина, лицо которого побелело от боли. Рядом на траве стоял пулемет.

– Что делать будем? – спросил Муравьев пилота.

– Когда мессеры напали, штурман с Москвой связался. До линии фронта километров пятнадцать. Нам дали место, где можно ждать до темноты поисковую группу.

Давай возьмем ребят и двинем потихоньку.

– Надо бы носилки соорудить.

– Нет времени. Понесем на себе, по очереди: двое несут, один отдыхает.

Внезапно вдалеке послышался лай собак.

– Быстрее! – крикнул штурман. – Чего вы там копаетесь!

– Отставить! – хрипло скомандовал Зимин. – Я старший по званию, поэтому мне приказывать. Всем отойти, Муравьев, ко мне!

Игорь подошел к лежавшему, опустился на колени.

– Слушай меня. С нами вы не уйдете от погони. Мы останемся…

– Нет, – Игорь покачал головой, – мы вас не бросим.

– Бросите. Еще как бросите. Потому что дело не в нас. Дело вот в этом пакете. – Зимин, сморщившись от боли, вытащил из внутреннего кармана куртки сверток. – Ты доставишь его вместо меня. Помни – от этого зависит не одна моя или твоя жизнь. От этого зависит жизнь сотен, тысяч людей, так что действуй… – Он устало откинулся на траву, помолчал. – И еще. Как только перейдешь к нашим, свяжись с комиссаром госбезопасности Новожиловым. Запомнил? Повтори.

– Расскажешь ему все, отдашь пакет и скажешь, что Март ждет Пианиста каждую нечетную пятницу.

Повтори… А теперь положите нас со стрелком к пулемету, мы им покажем цирк на конной тяге… Постой. Пистолет один оставь… к которому у тебя патронов больше…

Игорь отстегнул кобуру с «ТТ», вынул из сумки пять запасных обойм.

Собаки были уже где-то совсем рядом. Их заливистый лай звонко несся над утренним лесом.

– Уходите! – крикнул Зимин. – Слышите? Уходите!

Когда они отбежали примерно на километр, за спиной басовито заработал ШКАС. Ему ответили глухие автоматные очереди. Игорь остановился, схватился за кобуру.

– Вперед! – крикнул, задыхаясь, пилот.

 – Тебе такое доверили! Вперед!

Когда они тяжело бежали прямо по ручью, шум боя за их спиной постепенно стих…

Часа через четыре, измученные, они сделали привал. Штурман достал карту и компас, что-то отмерил на карте циркулем, посмотрел на солнце, потом на часы.

– Все, командир, вышли. Мы на месте, – сказал он. – Теперь надо ждать.

Они лежали молча и ждали темноты. А летний день, как назло, тянулся долго. Казалось, что время остановилось и ночь больше никогда не придет сюда.