Комендантский час

– Сейчас напишешь, потом поешь, поспишь, – ласково, как ребенку, говорил он Кравцову.

Уже выйдя из кабинета, Кравцов обернулся:

– Спасибо вам, товарищи, спасибо. Я сегодня словно заново родился.

Орлов вернулся минут через десять, посмотрел на Данилова, развел руками:

– Ну, Александрия, ты даешь. Как ты вышел-то на него?

– А чего проще. Я все показания о нем прочел. Смотрю, пособник, а крови на нем нет. Потом газетку достал со статьей Ерохина. Там его ругают сильно, а он в это время на финской мерз. Ну а потом мне его жена многое рассказала.

– Да, дела… Слушай, что ты о заводе-то говорил?

– Неси карту, сейчас покажу.

Начальник МУРа внимательно прочитал рапорт Муравьева. Подчеркнул красным карандашом то место, где говорилось о столкновении Кострова с патрулем, и написал наискось:

«Тов. Парамонову. Муравьеву поставить на вид. Думать надо».

И в самом деле, глупо было начинать операцию, не предусмотрев такой мелочи. Конечно, ничего страшного не случилось, даже наоборот, версия Кострова в глазах «игроков» стала еще более прочной, да и вел себя Мишка в общем правильно, четко сориентировался в обстановке.

Но все равно Муравьеву надо указать. Пусть учится. Быть настоящим оперативником совсем не значит стрелять хорошо да задерживать. Вон Муштаков работает как шахматист, психологию изучает. Но тем не менее, понимая достоинства Муштакова, начальник в душе ценил в сыске элемент риска, силы, напора. Он пришел в розыск в те далекие времена, когда смелость и хладнокровие считались самыми главными качествами агентов утро, когда ничего не было, кроме наганов, а эксперты в лучшем случае могли установить время наступления смерти.

Отложив рапорт Муравьева, он ознакомился с бумагой, присланной из отделения Муштакова, и еще раз удивился необыкновенной организованности в этом человеке. Муштакову удалось установить, что Сутулый был неким Фоминым Сергеем Сергеевичем, крупным мошенником и скупщиком золота. Оперативными данными подтверждалось, что именно с ним и был связан Гомельский. Таким образом, пока все развивалось точно по плану.

На столе звякнул внутренний телефон.

– Товарищ начальник, – докладывал Осетров, – сообщение от Данилова.

Совместными с органами на местах усилиями нами обнаружена база бандгруппы Музыки – «ювелиров».

Вступив в контакт с подразделениями войск по охране тыла действующей Красной армии, готовим войсковую операцию, о результатах доложу по выполнении.

«Молодец, вот молодец, – подумал начальник. – Как всегда, не торопясь, но точно в срок». В спецсообщении не было никаких подробностей, но он знал точно, что база банды блокирована, что ее участники находятся под пристальным наблюдением и что взяты они будут с наименьшими потерями.