Комендантский час

Ему захотелось сесть на трамвай и поехать через всю Москву в парк Сокольники. Дребезжащие вагоны начнут кружить по узеньким улочкам, пересекут шумное Садовое кольцо. Проплывут мимо три вокзала, начнется Черкизово. Приземистое, зеленое, деревянное Черкизово. А потом будет сокольнический круг. Там он выйдет из вагона и пойдет в рощу. Нет, не к пруду с пивными палатками и каруселями, а в другую сторону. На тропинки, по которым так приятно бродить одному в тишине.

– Товарищ начальник!

Голос Черкашина вернул его из Сокольников в Зоологический переулок.

– Вы никак заболели, Иван Александрович?

– Да нет, это я так.

– Ох, Черкашин, Черкашин, у тебя всегда порядок. И когда в сороковом за Лапиным приезжали, тоже был порядок.

– Вы, товарищ начальник, мне этого Лапина всю жизнь вспоминать будете, наверное.

– На то я и начальство, чтобы вспоминать. Мне тоже это кое-кто напоминает. Дома он?

– Ну, раз так, пошли.

– Еще кого-нибудь возьмем?

– А зачем? Ты ребят внизу, в подъезде, поставь.

– Иван Александрович, да как он в подъезд-то попадет?

– Ножками, Черкашин, ножками.

– Человек смертен, через него перешагнешь и иди дальше.

– А ты что же, до ста лет жить хочешь?

– Да хотя бы. Не от бандитской же пули умирать.

– Это ты прав, я тоже хочу до ста. Только тогда нам с тобой делать нечего будет…

– На наш век хватит.

– К сожалению, верно. Какой подъезд-то?

– Самый последний, пятый.

– Эх, Черкашин, не жалеешь ты начальство. Зови дворника.

– Ждет на пятом этаже.

Они остановились у двери с круглой табличкой «143».

– Значит, я позвоню, – повернулся Данилов к дворнику, – вы скажете Харитонову, что ему из военкомата повестка. Понятно? Ну и хорошо. Как мы войдем в квартиру, вы спуститесь этажом ниже и ждите, мы вас позовем, если понадобитесь.

Данилов повернул рычажок звонка. За дверью было тихо. Он еще раз повернул и еще. Наконец где-то в глубине квартиры послышались тяжелые шаги.

– Это я, – сипло и испуганно выдавил дворник.

Данилов выругался беззвучно, одними губами.

– Я это, дворник Кузьмичев. Повестка вам из военкомата.

– А, это ты, Кузя? Что хрипишь, опять политуру пил? Сунь ее в ящик.

– Не могу, расписаться надо.

«Молодец!» – мысленно похвалил дворника Данилов.

– Черт его знает! – Голос невидимого Харитонова был недовольным.

Звякнула последняя щеколда, и дверь осторожно начала открываться. Черкашин с силой рванул ручку.

– Добрый день, гражданин Харитонов. – Данилов шагнул в квартиру. – Что у вас темно так?

– Я… Ну как вам сказать? Если точно, то начальник отдела Московского уголовного розыска, а это товарищ Черкашин из раймилиции. Еще есть вопросы?

Он все время наступал на Харитонова, тесня его в глубину квартиры, одновременно настороженно и цепко следя за его руками.