Кому верить?

работника за локти, Ксения подвела его к кровати и помогла лечь. Мужчина подчиняясь, не вырываясь из сна, послушно лёг. Землянка стянула с него короткие сапожки и накрыла одеялом. Сама же устроилась в библиотечной комнате, постелив на диванчике бельё. Перетащила туда ширму, проверила засовы и только тогда улеглась. Чистой голове было легко, воздушно, тело тоже вздохнуло с облегчением, избавившись от скопившейся грязи. Оставалось только обдумать, что сегодня произошло, но усталость и отвар взяли своё. Ксения заснула сразу, как легла.

Проснулась она поздним утром. В библиотеке доктора было тихо, спокойно. Чувствовала она себя хорошо, до тех пор, пока руками не коснулась волос. Несмотря на то, что старательно тёрла их полотенцем, легла она с влажными, нечёсаными волосами. Думала, полежит, подумает, потом встанет, расчешет… а вышло вот как.

Тихонько прокравшись к приёмной доктора, Ксения убедилась, что там тихо и приоткрыла дверь. Никого не было. Добравшись до зеркала, она воочию убедилась, что голову придётся мыть ещё раз и лучше постоять под душем, чтобы вода волосы расчесала, иначе есть угроза не разобраться с образовавшимся колтуном.

Потом мысли перешли сразу к печальным событиям и подумалось, что может вообще волосы состричь, чтобы быть менее привлекательной. Впрочем, в данном случае важна не внешность, решила она, а её положение. И будь она хоть жуткой страшилой, её всё равно возьмут замуж. Мысли закрутились по-новой. Марк, дети, горцы, она, Фидель, северяне.

Услышав шаги в коридоре, Ксения быстренько вернулась на своё место и легла. Вошедшим оказался доктор.

-Миледи, нашли женщину, согласившуюся ухаживать за вами. Это Цецелия.

-Бабушка Цеце? – удивилась Ксения, - она ещё ходит?

-О, она крепкая старушка, - улыбнулся лекарь, - и вечером вас перенесут в вашу спальню.

Ксении удалось безвылазно просидеть в своих покоях, по большей части в кровати, почти неделю. Дольше ползать мухой было бы подозрительно, и слишком роняло авторитет Фиделя. За время вынужденного бездействия женщина потеряла здоровый румянец, сделавшись бледной и от этого более утонченной, хрупкой.

Словно мифический персонаж она сидела за столом среди северян, рядом с герром Ингваром. Это был первый её «выход в люди» и совместная трапеза с северянами, превратившаяся в её обязанность. Ксении застолья казались шумными, ей было неловко среди большого количества мужчин, косящихся на неё. Особенно её беспокоил командир. Он почти не разговаривал с ней, только гипнотизировал своими голубыми глазами и хищно раздувал ноздри, когда она только появлялась в столовой.

Мужчина её пугал.