По праву вражды и истинности

— То, что ты приняла мои слова за ложь, не мои проблемы, — Тайлер даже это произнес без каких-либо эмоций, но сталь его голоса полоснула по нервам. Сильно. Хуже, чем острие ножа.

— Что ты такое говоришь? – Шейла нервно сжала ладонь в кулак, но практически сразу разжала ее.

— Моя истинная вернулась. Я хочу развод.

Уголки губ Шейлы дернулись. И она вздрогнула всем телом. Широко раскрыв глаза, омега подалась вперед и уже теперь сжала ладони в кулаки с такой силой, что пальцы заныли и казалось, что она сломает ногти о собственную кожу.

— Это… шутка такая? Или я тебя настолько сильно чем-то не устраиваю? – спросила Шейла.

– Если решил порвать со мной, мог бы сказать об этом прямо. А не вновь лгать про какую-то там несуществующую истинную.

Рвано выдохнув, она вновь разомкнула губы, собираясь произнести хотя бы часть из того, что сейчас разрывало мысли, но, лишь один взгляд на Хариса и омега замерла.

— Ты знаешь меня с детства и ты рядом со мной десятилетиями, — белоснежные пряди волос частично закрывали серые глаза. Но все равно их взгляд был хуже всего на свете. – Почему ты думаешь, что мои слова можно приравнивать ко лжи?

— Потому, что… — Шейла села ровно и уже теперь сжала пальцами ткань своей юбки на коленках.

– Ты прав. Мы вместе с самого детства. У нас нет никого ближе друг другу, чем мы сами. И тайн между нами уже давно нет. Я понимаю тебя лучше, чем саму себя. Если не считать слова про эту… «истинную».

Она зарылась пальцами в волосы. Всегда даже в мелочах заботилась о своем внешнем виде, но сейчас даже и не задумалась о том, что портит безупречную прическу.

— У нас же все было отлично. Идеально. А потом, когда до свадьбы оставались считанные дни, ты пришел и сказал, что все отменяешь и, что вообще у тебя есть истинная.

Помнишь, что тогда со мной было? Я из-за тебя в больницу попала. Настолько сильно ты сделал мне больно. А ведь обещал, что будешь оберегать.

То, что у Шейлы врожденные проблемы с сердцем, знали не многие. По большей степени, это являлось тайной, ведь, как быть иначе, если врагов достаточно. Особенно, со стороны Олсенов. Главной уязвимостью Шейлы являлось барахлящее сердце, которое могло остановиться даже из-за сильных переживаний. Или же все было не так критично, но в кругу своей семьи Шейла с рождения являлась принцессой, которую на руках носили.

Особенно сильно ее оберегал старший брат.

Керо Вонг обожал свою младшую сестру. А из-за ее болезненного, худощавого вида, вовсе относился к Шейле так, словно она состояла из хрусталя. Что бы ее вообще ничто плохое не коснулось. Даже самая крошечная мелочь.

Когда же Керо убили, заботиться о Шейле стал его лучший друг – Тайлер.

— Но, ладно. Хорошо, — Шейла подняла ладони вверх. А они дрожали. Слишком ощутимо. – Мы с тобой прошли и через это. Вместе.