Контрразведчик

Но в первую очередь облегчал критическую ситуацию французам. Они, чувствуя вероятное падение Парижа, молили о помощи и русского царя и английский двор. В глубине души Матвей осознавал, что на родине солдаты корпуса оказались бы нужнее и полезнее, но он человек военный и привык подчиняться приказам. Совсем рядом, в сотне километров от Реймса, под Верденом, шли тяжелейшие бои. Но и под Реймсом не было спокойно. Немцы прощупывали оборону, искали слабые места. Матвей декабрьским вечером был на передовой. Десять вечера, темно, немцы в темное время суток не воевали. Артиллеристы не видят целей, а без поддержки пушек немцы в атаку не ходили. Их дежурные пулеметчики периодически постреливали, а нынешней ночью и они молчали. Только позже Матвей понял, почему. Посидел в землянке командира батальона. Оба земляки, есть что вспомнить, нашлись общие знакомые. Немного выпили водки, комбат ее с собой из России привез, во Франции вина да коньяки. Потом перебросились в картишки немного.

Комбат на часы посмотрел.

– Полночь. Пойду, проверю караулы. Что-то неспокойно мне.

– Так тихо, вон даже немцы не стреляют.

– Не к добру затишье, не иначе как пакость готовят.

И точно. Прошли по траншее полсотни метров, пару поворотов минули, наткнулись на солдата, лежащего на дне. Комбат нагнулся.

– Эй, солдатик! Так-то ты службу несешь?

Молчит солдат. Майор схватил за плечо, развернул, а солдат мертв, кровью грудь залита. Майор рванул за борта шинели, а на гимнастерке линейный прорез. Не случайной пулей караульный убит, а ножом. Выдохнул комбат:

– Немцы! Лазутчики, за пленным пришли.

Комбат достал из кармана свисток, дунул три раза, подавая сигнал тревоги. Через минуту еще повторил. Матвей из кобуры револьвер достал. Из землянок и блиндажей уже солдаты бегут под командованием фельдфебелей. Солдаты без шинелей, опоясываются на бегу.

Комбат уже командует:

– Занять стрелковые ячейки!

Подбежал ротный, козырнул.

– Господин штабс-капитан, возьмите отделение солдат, обыщите пространство между первой и второй линией траншей. Сдается мне – в ближнем тылу лазутчики немецкие. Уничтожить!

Матвей подошел к приятелю.

– Левандовский, у тебя на этом участке сколько караульных было?

– Один убит, сколько осталось?

– Да, друг мой! Убивают тогда, когда уже взяли пленного и караульный мешает уйти группе лазутчиков.

– Черт! Я не подумал.

– Скорее всего немцы на нейтральной полосе. Надо бы и пленного вызволить, и немцам отомстить за убитого.

– Предлагаешь вылазку сделать?

– Именно. Дай трех солдат из старослужащих, да поразворотливее, посильнее. Лучше из числа фельдфебелей, у них револьверы, с ними сподручнее.

Уже через несколько минут майор вернулся с двумя фельдфебелями и одним рядовым.