Контрразведчик

Один из немцев сносно говорил по-русски, но с большим акцентом, слова выговаривал жестко, однако понять можно. Сначала допрашивал комбат. Вопросы предсказуемые – какая дивизия противостоит русским, каков моральный дух солдат, где расположены пулеметные гнезда, где батареи полевой артиллерии.

Немец отвечал правдиво, ибо его показания совпадали с показаниями других. Второй немец молчал, потому что русского языка не знал. Когда Левандовский выспросил, что хотел, свои вопросы стал задавать Матвей. Его интересовало – кто занимается разведкой, с какой целью посылали группу, зачем убили одного караульного, а пленили другого? Вопросы практические, чтобы в дальнейшем предотвратить захваты. Для этих двух немцев война уже закончена, и они это понимали. Отправят в лагерь для военнопленных, а после окончания войны вернут в фатер-ланд.

Матвей устал. Вылазка на нейтралку, потом допрос, а времени… Он посмотрел на часы. Пять часов по европейскому времени, фактически утро. Спать охота.

Матвей откланялся и отправился к себе.

Штаб бригады на окраине Реймса, в доме, который покинули хозяева. А отделение контрразведки, в котором начальником Матвей, в соседнем доме. Хозяева, которые покинули дом при приближении линии фронта, забрали только самое ценное. В доме и мебель на месте, и ковры, и даже кое-какие запасы в погребе – вина, овощи. И Матвей с сотрудниками припасами пользовался. Коли русских обязали воевать за французов, так пусть не жмутся на угощение. Видел уже Матвей, как отсиживаются в тылу, прикрываясь медицинскими справками, наверняка купленными, здоровые и крепкие на вид мужчины.

Русское воинство воевало честно, осознавали, что на них Европа смотрит. И государя подвести было бы последним делом.

Французы русским не очень рвались помогать. Мало того, пытались еще завербовать или подставить. Зачем это надо было спецслужбам Франции – непонятно. Правда, назывались они тогда не специальные, а секретные. И военная контрразведка была, но это объяснимо, страна ведет войну с сильным противником, каким являлась Германия, и немцы вели военный и промышленный шпионаж. Вальтер Николаи создал в Германии мощнейшую службу, начал массово готовить агентуру, на подкуп информаторов денег не жалели.

Проживание в соседнем со штабом доме сыграло с Матвеем злую шутку. Ходил он в военной форме, как и другие военнослужащие экспедиционного корпуса. Видимо, его приняли за штабного офицера, устроили провокацию. Однажды в январе к нему на улице подошел мужчина в гражданском. Матвей хоть и жандарм, но прикомандирован был в армию. Впрочем, жандармерия набиралась из армейских или гвардейских офицеров и отставных нижних чинов и финансировалась из бюджета военного министерства, хотя была в подчинении Министерства внутренних дел.