Кошмар на улице дачной

Прописка у Костика была областная, скорей всего, купленная. А квартиру он снимал.

– Откуда такие подробности? Тоже друг сказал?

– Это я уже с одной девчонкой с его работы познакомился. Я как сделал… Подъехал к его музею, когда у сотрудников должно было быть обеденное время, да и остановился возле служебного входа. Дождался, когда Костик выйдет, а с ним эта девчонка как раз и была. Она его о чем-то спрашивала, а он от нее все отмахивался. Потом вовсе убежал, а девчонка эта осталась. Смотрю, стоит она, родимая, чуть не плачет. Лицо такое печальное. Ну, тут я к ней и подвалил. Сначала культурно парочку вопросов задал, как пройти к ее музею да где у них выставочные залы. Прикинулся провинциалом, который мечтает приобщиться к культуре, но не совсем представляет, как это сделать лучше. Девчонка помочь мне в этом деле загорелась очень быстро. Им ведь культурным всем только того и нужно, чтобы нормального мужика вместо футбола и пивного бара по всяким там вернисажам и филармониям таскать. Была у меня одна знакомая, умотала она меня, страшное дело, пока мой культурный уровень повышала. Но кое-что я от нее все же понахватался, и очень мне это помогло в беседе с Галюней. Славная оказалась такая девочка, я даже не ожидал. Слово за слово, она мне призналась, что в Костика этого втрескалась по уши, а он ею попользовался, а теперь знать не желает. Я ей посочувствовал. Предложил вместе куда-нибудь сходить. Рассчитал, что она про свою несчастную любовь будет мне излагать. И не ошибся. Только про этого своего Костика весь вечер и болтала. Был бы у меня к ней какой другой интерес, обломался бы я круто. А так я очень доволен был, потому что выяснил я про Костика почти всю его подноготную. Работал этот Костик на закупках для музея. Их группа решала, какой экспонат следует музею приобрести, а какой нет. Не один Костик решал, конечно, а с группой товарищей. Но был там один момент, который меня заинтересовал. Оказывается, частенько граждане приносят какие-то имеющиеся у них ценные полотна и предметы искусства, которые желают передать музею в дар или продать их. И вот Костик как раз и решает, что представляет ценность, а что нет. Я подумал, может, Ритка для него свои акварели ваяет, а он их под шумок как представляющие неслыханную ценность музею впаривает… Нет, а что еще он с нее поиметь мог кроме ее акварелей?

Простодушный Генка пожал плечами и снова налег на шашлык, а Саша промолчал. Но в уме у него уже сложилась более или менее четкая картина происходящего. Нет, не дешевенькие акварельки требовал Костик от Риты. Он подсадил ее на куда более выгодный, но и опасный бизнес. Теперь Саша был почти уверен, Костик и есть организатор аферы с фальшивыми яйцами Фаберже. Или не организатор, но хотя бы один из ее участников.