Кошмар на улице дачной

И главное, приметы похитителя! Один в один они совпадают с приметами Костика!

И хотя Алина не смогла припомнить ничего существенного, кроме темных, коротко стриженных волос, широких плеч и белозубой улыбки, Саша как-то быстро уверился в том, что похититель Павлика и таинственный приятель Ритки – это одно и то же лицо.

Брать злодея было решено незамедлительно, пока он еще каких-нибудь пакостей не натворил.

– И девки тоже хороши! Продали мальчишку, словно он товар какой-нибудь. И еще других малышей собираются толкануть. Нет, ты как хочешь, а с этим нужно что-то делать!

Саша целиком и полностью был согласен. Но Генка не унимался.

– Если им сейчас это с рук сойдет, то они дальше по жизни так и примутся всех вокруг себя продавать и предавать. Надо нам их хорошенько проучить, чтобы раз и навсегда отбить охоту к такому бизнесу.

– Всему свое время. Сначала с Костиком этим разберемся, потом и девчонок уму-разуму поучим.

– Только их так надо пугануть, чтобы они навсегда эти свои бизнес-проекты забыли и хорошими девочками бы стали.

Саша кивал, хотя в душе и сомневался, что можно насильно заставить человека стать по-настоящему хорошим. Но вести себя в рамках приличия они девчонок обязаны были научить. Но все это потом. Сейчас Саша был в напряженном ожидании повторного визита грабителя. А вдруг не придет? Вдруг передумал? Или вдруг они выстроили неправильную версию, и вчерашний грабитель искал в доме совсем не яйцо? Вдруг вчера приходил просто любитель пошарить по чужим закромам в отсутствие хозяев? Саша вчера его изрядно пуганул. Если у воришки никакого особенного интереса к этому дому нету, то никто и не придет. И как им с Генкой тогда «колоть» Костика? Одно дело, взять его на горячем, тогда и разговаривать с ним будет легче легкого. И совсем другое дело, если им придется убеждать Костика, что ему лучше во всем признаться.

– Ведь он может и не признаться, – прямо-таки простонал Саша.

– Кто? – тут же откликнулся Генка.

– Как это он не признается? – удивился Генка. – Мы его в любом случае так прижмем, что он нам все свои карты выложит. Это я тебе точно говорю. Я своей Валюхе спокойную жизнь после смерти обязан предоставить. А если ее сестра на зону поедет за преступление, которого не совершала, а Павлик в детском доме окажется, то о каком спокойствии тут может идти речь? Так что сидим, ждем.

И они сидели и ждали до двух часов ночи. И когда Саше стало окончательно казаться, что ничего уже у них не получится, раздались шаги. Это шел не ребенок, это были шаги взрослого человека. Взрослого и тяжелого мужчины, который пару раз, словно для подтверждения, еще и кашлянул.

Генка поднял большой палец. Физиономия у него была довольная.

Саше не нужно было командовать. Он и так был одно сплошное внимание.