Космический вид на жительство

Путь предстоял неблизкий.

Она не помнила, сколько просидела в темноте. Апатия, охватившая Анну-Бель, была сродни полусну. Это все просто не могло случиться с ней. В какой-то момент, словно вынырнув на поверхность кошмара, девушка больно ущипнула себя за руку, надеясь, что сейчас проснется в квартире Джерри. Ничего не произошло.

Пол под руками был прохладным. Он дрожал, корабль готовился к вылету. Надежда, что Джерри вот-вот войдет, растаяла вместе с усилившейся вибрацией. Это означало, что они начали движение к далекой Креоле. Внезапно все стихло. На секунду корабль просто замер, затем дернулся и устремился вперед.

Анна-Бель поняла, что на яхте выпустили солнечный парус: тончайший материал, почти невидимый человеческому глазу, но способный улавливать солнечный ветер и преобразовывать его в энергию для движения корабля. Сами двигатели выключили.

Девушка испуганно всхлипнула. Ее похитители, уверенные в своей правоте, даже не торопились. Стараясь подавить отчаяние, Анна-Бель все-таки поднялась с колен и включила свет. Приглушенный, он показался ей слишком ярким. Она невольно прикрыла глаза тыльной стороной ладони, затем, когда привыкла, опустила руку и внимательно осмотрелась.

Каюта была оформлена так, чтобы поразить неброской роскошью: панели из натурального дерева, пара старинных шкафов – куда там шкафу Джерри до них, – небольшой письменный стол, пара удобных современных кресел и огромная кровать, застеленная голубым шелковым покрывалом с вышитым вручную вензелем из инициалов «Ж. Б.». Эти инициалы насторожили девушку больше всего, хотя оставалась слабая надежда, что все каюты оформлены одинаково. Почему-то она сомневалась.

Повинуясь порыву, она подошла к портьерам, скрывавшим иллюминатор, раздернула. Шайен, рядом с которым висел огромный шар орбитальной станции, стремительно удалялся.

– Прекрасный вид, не правда ли? – Слегка запинающийся голос заставил девушку вздрогнуть.

Она отошла от окна и внимательно посмотрела на входящего в каюту мужчину. Богарне закрыл двери и повернулся к ней.

От Анны-Бель не укрылись ни неестественно блестевшие глаза, ни щеки с выступившими ярко-красными прожилками сосудов. Судя по всему, хозяин яхты был пьян. Сердце застучало быстро-быстро. Девушка попыталась взять себя в руки.

– Жюстьен? Что вы здесь делаете? – спросила она, слегка растягивая слова, точно на светском приеме.

– Это моя каюта! – Он прошел к окну, задернул портьеры, внимательно посмотрел на свою «гостью» и ухмыльнулся: – Я тебе говорил, что ты хорошенькая?

Анна-Бель не стала возражать. Лишь огляделась в поисках чего-нибудь тяжелого, что она смогла бы обрушить на голову несостоявшегося жениха.