Космический вид на жительство

В темно-синих мантиях и прямоугольных шапочках – дань традиции, привезенной первыми колонистами с праматери всех планет, – вчерашние студенты смешались с родными, гордо демонстрируя только что полученные свитки. Настоящие дипломы с генетическим кодом обладателя, чтобы избежать подделок, были загружены в Единую систему Объединенного Галактического Альянса еще несколько дней назад, но свиток в руках казался сейчас неким ключом от двери, за которой ждала совершенно иная жизнь.

Все еще ощущая легкую эйфорию – еще бы, единственная девушка среди выпускников-магистров, да к тому же лучшая ученица! – Анна-Бель, постоянно отвечая на поздравления по поводу своей прощальной речи, сказанной с трибуны, пробралась к родителям. Отец, как всегда подтянутый, в сером, цвета стали, костюме, поблескивающем в свете огромных люстр металлическими искрами, приобнял ее за плечи.

– Поздравляю. – Голос звучал сухо. Бернард Шоули, мечтавший о сыне, всегда жалел, что у него родилась дочь.

Анна-Бель счастливо улыбнулась и обернулась к маме. Та ответила ей строгим взглядом, призывая вести себя прилично. В платье из шелка цвета морской волны и белых, в тон туфлям, перчатках, с обязательной сумочкой на руке, она скупо улыбнулась и поцеловала дочь в щеку, как и положено идеальной матери. Всегда консервативную в выборе одежды, с идеально уложенными темными волосами, мадам Луизу Шоули недаром считали одной из самых элегантных женщин планеты.

– Прекрасная речь, милая! – заметила она.

– Спасибо. – Девушка перевела взгляд с родителей на незнакомого мужчину, стоявшего позади них.

Слегка обрюзгший и оттого наверняка выглядевший старше, чем был на самом деле, достаточно высокий, в костюме, сшитом явно вручную и на заказ, он вызывал какое-то смутное чувство тревоги. Его лицо было слишком рыхлым, с теми признаками одутловатости, которые обычно сопровождают любителей загулов.

Анна-Бель вновь перевела взгляд на родителей, ожидая пояснений.

– Энни, детка, – голос отца был слишком мягок, – познакомься с Жюстьеном Богарне.

– Очень приятно. – Все еще недоумевая, она протянула руку и ощутила, как влажная ладонь многозначительно сжала ее пальцы. Девушка не успела нахмуриться, как отец продолжил:

– Что?!! – Под строгими родительскими взглядами ей хватило сил и ума сдержаться, раздвинуть губы в светской улыбке и прощебетать что-то наподобие «очень приятно» и «какая честь».

Затем был шумный фуршет с однокурсниками, где Анна-Бель пила алкоголь, почти не пьянея, утомительная дорога домой, когда пришлось сидеть рядом с новоявленным женихом и терпеть его потную ладонь, то и дело поглаживающую ее коленку, и наконец тишина комнаты, где можно было, уже не сдерживаясь, уткнуться в подушку и дать волю слезам.