Космический вид на жительство

Он вспомнил саму девушку: дорогой светлый костюм, кажется, кремовый – как и все пилоты, Джерри не только различал оттенки, но и знал названия остальных, не вдаваясь в подробности, – женственная фигура, грациозные движения, тщательно уложенные волосы, ухоженные руки, белоснежная, несмотря на яркое солнце Креолы, кожа. Анна-Бель была образцовой. Ну, почти образцовой. Пилот невольно усмехнулся, вспомнив их поспешную свадьбу.

«Боюсь, что нет, – надиктовал он сообщение. – К сожалению, я вынужден остаться в казармах».

Ответ пришел почти сразу, словно все это время она сидела и ждала, когда он соизволит уведомить ее о своих планах.

«Жаль. У меня на ужин огромная пицца».

«Боишься, что не справишься?»

«Боюсь, что справлюсь… и потолстею».

«После того, как сегодня стерла себе ноги? Спасибо, нет».

Пилот улыбнулся, представив ее сидящей у него за столом и жующей пиццу. Наверняка несколько капель томатного соуса останутся на губах, и их можно… Джерри вздрогнул, приходя в себя. Похоже, сегодняшний стресс оказался более серьезен, чем он полагал. Пилот решительно встал с постели, надел спортивный костюм и направился в спортзал: в отличие от своей милой квартирантки, он не собирался пребывать в праздности.

Беговая дорожка была свободна, и пилот, которому было абсолютно все равно, чем заниматься, направился туда. Тренажер стоял у самого панорамного окна-иллюминатора, сейчас скрытого щитками. Предыдущий бегун транслировал одну из программ – симуляторов бега, которая полностью погружала человека в выбранную им среду, будь то парк или берег океана.

За годы службы на орбите Джерри выучил эти программы наизусть, поэтому просто раздвинул щитки, полюбовался мерцанием звезд и побежал. Дорожка автоматически подстроилась под его темп.

Через какое-то время тревожные мысли отступили. Пилот включил себе мелодию – что-то странное: медленные клавишные, перемежавшиеся энергичными ударными, затем глубокий женский голос затянул какую-то песню, слов он не понял, но, скорее всего, песня была о любви.

Внезапно песня оборвалась, а в наушниках раздался голос Уолкера, вызывавшего капитана Райса в кабинет. Прекрасно понимая, что ничего хорошего ждать не приходится, Джерри спрыгнул с дорожки, быстро прошел в каюту, привел себя в порядок и поспешил к полковнику.

Полковник был один. Он хмуро взглянул на капитана, отметил еще влажные после душа волосы, но делать замечаний не стал.

– Капитан Райс, вы понимаете, что за сегодняшнее неповиновение вас могли отправить под трибунал? – начал он.

«Могли» – значит, не отправят. Джерри едва заметно выдохнул – перспектива нахождения на гауптвахте его не радовала.

– И только ваш удачный маневр, я бы даже сказал лихачество, спасло вас от этого.

Уолкер нахмурился еще больше.