Кровавая плаха

Об этом тут же узнал весь Петербург. Все славили доброе сердце монарха. Профессор архитектуры Пименов вызвался сделать скульптурные группы, запечатлевшие христианский поступок царя. Фигуры должны были украсить Благовещенский мост — вскоре переименованный в Николаевский, там, где съезд с него на Английскую набережную.

Архитектор Штакеншнайдер начал в спешном порядке сооружать часовню, которая даже отдаленным потомкам напоминала бы о замечательном событии.

В министерстве иностранных дел, что размещалось в строении под номером шесть на Дворцовой площади, в соответствующей папке появился документ: «В знак вечной и нерушимой дружбы между русским и французским народами и в высших политических целях Его Императорское Величество распорядился передать герцогу Монтебелло художественной работы ювелирной фирмы „Сазиков“ сервиз кофейный серебряный 84-й пробы на 24 персоны общим весом один пуд фунт и полтора золотника».

Генерал-фельдмаршал Паскевич, бывший наместник Царства Польского, женатый на двоюродной сестре Грибоедова и в свое время опекавший поэта Пушкина во время его поездки по Закавказью, просительно посмотрел в глаза Николаю:

— Ваше Императорское Величество, позвольте сей дар от вашего имени представить герцогу…

— Иван Федорович, а ты неугомонный ветренник! Это в твоем-то почтенном возрасте — молодец! Что же, я не против — передай сервиз.

Паскевич усиленно и с успехом ухаживал за герцогиней Монтебелло, и об этом знали все, кроме самого посла.

…Герцогиня была в восторге от щедрого дара. С кокетством истинной парижанки она за столом принимала тайные ласки генерала, сидевшего во время трапезы рядом с ней.

Парижские газеты с восторгом писали о происшествии на Благовещенском мосту, о том, что великий Император принимает участие в судьбе самых обездоленных граждан, делает их счастливыми.

Тогда же были решены в пользу России какие-то давние торговые споры с Францией.

Императрица Александра Федоровна поцеловала своего замечательного мужа и назидательно сказала великим княжнам и наследнику-цесаревичу Александру:

— Вот, дети мои, как надо делать большую политику. Ваш отец умеет малыми средствами добиваться великих целей. Посол увлекается охотой. Вот, Александр, вы и пригласили бы его.

…Однако жизнь готовила сюрприз, и весьма неприятный.

Восемнадцатого августа того же 1851 года имело быть большое торжество — открытие железнодорожного сообщения между Петербургом и Москвой. (Название «Николаевской» эта дорога получила лишь после смерти инициатора ее строительства. При жизни Император запретил так называть ее — эту бы скромность тем, кто захватил власть в октябре 1917-го!)

Царская семья, свита, представители дипломатического корпуса отправились в веселую поездку.