Круто ты попал!

Когда вечером к нему в едва приоткрытое окно кто-то постучался, Кайл сначала решил, что ему послышалось: кому в голову может прийти стучать почти ночью в окно комнаты, расположенной на втором этаже? Но стук повторился, и, подойдя к окну, юноша увидел за стеклом здоровенную летучую мышь, глядящую на него с изрядным раздражением.

Понимая, что что-то здесь не так, Морриган тем не менее открыл окно, и мышь влетела в комнату.

– Ты Кайл Морриган? – неожиданно приятным и почему-то смутно знакомым мужским голосом поинтересовался ночной визитёр.

– Ну, допустим, – кивнул Кайл, – а в чём дело?

– Я Хантер Макферс Кеннет Скотт О’Тул Миллер, секретарь ректора Холверта, – сообщила мышь, и Кайл вспомнил, что именно этот голос он несколько раз слышал в столовой, когда делались общие объявления.

– Раз знакомству, – всё ещё не теряя надежды понять происходящее, ответил Кайл, – чем могу быть полезен?

– Тебя вызывает ректор Холверт, – сварливо буркнула мышь, недовольно рассматривая намоченные дождём перепончатые крылья, – ну что стоишь? Я непонятно сказал?

– Понятно, конечно, но не совсем, – Кайл посмотрел на часы: было без двадцати минут полночь.

– И какое конкретно из четырёх слов во фразе «Тебя вызывает ректор Холверт» тебе не ясно? – посланец недовольно фыркнул. – Что-то мне кажется, они поторопились, выбрав тебя…

– Кто? – растерялся Кайл, потому что ситуация с каждой минутой становилась всё более абсурдной.

– Слушай, ты идёшь или нет? – окончательно рассердился летучий секретарь. – Дел ещё море, а я тут с тобой драгоценное время теряю.

– Иду, – Кайл выпустил мышь в окно, закрыл его и, пребывая в полной растерянности, направился в сторону кабинета ректора. Конечно, вариантов в голове крутилось много, причём от реальных до самых невероятных, но того, что озвучил обнаружившийся в кабинете Теодора Холверта элегантный господин в золотых очках, среди них не было. Шпионом???

Но не меньшей неожиданностью, которая ждала Кайла в ректорском кабинете, было присутствие там Огюста Стендриджа: вот уж кому, по мнению Морригана, там делать было вообще нечего. Тем не менее Огюст был там и сидел в кресле со странным выражением лица: неуверенность смешалась с решимостью и непонятным упрямством.

Когда же Кайл выслушал историю, рассказанную лейтенантом Аш-Арбиэлем, которого все присутствующие — кроме Стендриджа, разумеется, — называли просто Биэлем, то все посторонние мысли вылетели из его головы. В крови забурлил азарт, захотелось опрометью кинуться в предлагаемую авантюру, но сосредоточенный и напряжённый вид всех присутствующих заставил остановиться и осознать, что это не игра и не шутка. Слова неизвестно гнома добавили серьёзности происходящему.