Круто ты попал!

Наверное, дело в том, что он уже несколько недель не утруждал себя тренировками ни в каком виде: не было ни настроения, ни особой возможности.

Отец после последнего скандала совсем разошёлся и приказал запереть его в доме и не выпускать вообще никуда. Тоже мне — указчик нашёлся… Кайл уже вполне взрослый и самостоятельный человек, у него, между прочим, не одна и даже не десять вооружённых стычек на счету. И сомнительная с точки зрения отца слава забияки и скандалиста ничуть не хуже, чем, например, репутация дамского угодника или ценителя хороших лошадей.

А что ему было делать? Промолчать, когда этот безмозглый Фредерик начал критиковать пение Жюстины? И ладно бы он разбирался в опере — а то сам ничего не понимает, а туда же, великого музыкального критика из себя строит. Ну и что, что он на четыре года старше? Шпагой Кайл владеет гораздо лучше, и он это доказал: этот слабак до сих пор вынужден терпеть посещения лекаря.

При мысли о шпаге Кайл невольно поморщился: память услужливо подсунула ему воспоминания о сегодняшнем провале. И чего он полез, видел же, что перед ним демон, причём не простой, а из высших. Но, проклятье, как же он владеет оружием! Это что-то невероятное… Восхищение чужим воинским мастерством на какое-то время даже вытеснило обиду и злость на себя и на лейтенанта.

Ну ничего, он ещё докажет, что не слабак, а тоже кое-чего да стоит! Отец думал, что, сплавив его в эту академию, он как-то изменит характер младшего сына? Никто и никогда не заставит Кайла отказаться от идеи стать лучшим бойцом королевства. И эта академия, похоже, не самое плохое место для оттачивания боевых навыков. Ещё бы не было дурацких лекций по никому не нужной бытовой магии — вообще красота была бы. Они что — мещане, торговцы или слуги, чтобы знать примитивные заклинания? Да ни один уважающий себя аристократ никогда не унизится до того, чтобы самому чистить себе одежду или убирать комнату.

Раздался мелодичный звон, и Кайл встряхнулся, сбрасывая остатки неторопливых размышлений, в которые погрузился, стоя в тени возле крыльца. Видимо, это был сигнал, сообщавший о начале занятий, и Кайл, тяжело вздохнув, направился в сторону башни, о которой сказал ректор.

Небольшой, но достаточно просторный для полусотни студентов зал был разделён на две части: на меньшей расположилась преподавательская кафедра и большая доска, а на второй рядами стояли столы и удобные стулья — для студентов. Большинство мест уже было занято, и Кайл, которому в принципе было абсолютно всё равно, где сидеть, занял место рядом с симпатичным парнишкой, которого он смутно помнил по дворцовым приёмам. Кажется, это был младший сын знаменитого своими похождениями графа Шелдона.