Лебединая песня. Любовь покоится в крови

Насколько я понимаю, он не местный, и никому бы не пришло в голову связать его с убийством.

Стэгг побарабанил пальцами по горячему капоту.

— Да, вы правы. У нас нет никаких причин думать, что Пламстед лжет. Одно сходится с другим, да и на маньяка-убийцу он не похож.

— А вы считаете, что это был маньяк?

— Необязательно. Возможно, у женщины имелись деньги, и преступнику нашлось чем поживиться.

— Все это лишь предположения, — заметил Фен. — Есть какие-нибудь другие зацепки, кроме отпечатков пальцев?

— Пока нет. По-вашему, между этим делом и другими убийствами есть какая-нибудь связь?

— На первый взгляд нет. Но пока мы не знаем мотив, ничего нельзя сказать наверняка. Мне не нравится, что у нас нет мотива: это противоестественно. Проблема не в том, что мы не можем сложить все фрагменты головоломки. У нас их нет. — Он помолчал. — Что собираетесь делать дальше?

Стэгг посмотрел на часы.

— Сейчас двадцать минут первого. Я отвезу Пламстеда в участок и сниму с него письменные показания, а потом попрошу задержаться на пару дней в Кэстривенфорде. Поскольку он в отпуске, это не составит труда. За ленчем у меня встреча с начальником полиции. А дальше… — Суперинтендант вздохнул. — Столько всего надо сделать, что у меня голова кругом.

— Сообщите, когда появятся данные по алиби.

— Хорошо, сэр. Вас подбросить до школы?

— Нет, я хочу побыть здесь немного. К счастью, обед будет только в половине второго. Далеко отсюда до школы?

— Где бы мне найти автомобиль, который отвезет меня обратно? Жаль, я не приехал на своей машине.

— Я могу прислать вам такси из Кэстривенфорда.

— Отлично, — кивнул Фен. — В четверть второго перед местным пабом, как бы он ни назывался.

— Он называется «Маяк». И еще, сэр. Я нашел это в кармане миссис Блай. Как вы думаете, это нам поможет?

Он протянул профессору небольшой предмет. Это была миниатюра, сделанная на серебряной основе и обрамленная простенькой оправой из того же материала. На ярко-голубом фоне выделялась голова молодого человека в черном камзоле с белыми разрезами и широким воротником. У него были темнокаштановые волосы и широко расставленные глаза под набрякшими веками. Молодой человек был чисто выбрит, если не считать маленьких усиков над губой. Кончик его носа красиво закруглялся на конце, а пухлый рот выглядел чувственным. Слева от головы стояла надпись: «АЕ SVAE 29».

Фен рассмотрел вещицу с большим любопытством.

— Конечно, я не специалист, — пробормотал он, — но миниатюра, несомненно, ценная. Елизаветинская эпоха. Автор, вероятно, Хиллиард. Поскольку коттедж тоже в елизаветинском стиле, можно предположить, что миссис Блай нашла его здесь.

— Ясно. — Стэгг взял миниатюру и бережно убрал в карман.