Леди полуночи

 – Ларк обратила свое замечание – и легкую усмешку – капралу Торну.

Тетушка Мармозет похлопала Кейт по коленке.

– У истории оказался чудесный конец. Мы нашли тебя, моя дорогая. По всем признакам ты давным-давно пропавшая дочь маркиза.

Эти слова обрушились на нее как снежная лавина, и Кейт застыла, испытывая противоречивые ощущения. Потрясение оказалось для нее чрезмерным. Она теперь знает имена родителей, знает свой день рождения, у нее есть второе имя.

Если только всему этому можно верить.

– Но мне никогда не доводилось жить возле Кенмарша, – сказала она. – Меня воспитывали как сироту в школе Маргита, которую я окончила четыре года назад, потом приехала сюда преподавать музыку.

– А до Маргита где вы жили? – спросил лорд Дру.

– К сожалению, ничего толком не помню. Я пыталась узнать подробности у своей школьной учительницы… – Боже, даже не верится, что это было всего несколько часов назад! – …но та сказала, что меня бросили.

Кейт посмотрела на женщину на портрете – на свою мать, как утверждают все эти люди. Как сложилась ее судьба? Она умерла? Или отказалась от собственного ребенка, не имея возможности заботиться о нем? Но по тому, с какой нежностью женщина руками поддерживает свой округлившийся живот, было ясно, что дитя, которое носила под сердцем, желанное. Как интересно, подумала Кейт, представлять себе, что она находится внутри этой картины, в чреве, еще в виде зародыша, но уже живого…

– Бедняжка, – прервал ее размышления голос Ларк. – Мне даже представить трудно, сколько вам пришлось пережить. Мы не в силах что-либо изменить в прошлом, но сделаем все, чтобы вы забыли о плохом.

– Верно, – согласился лорд Дру. – Мы должны как можно скорее представить вас в Амбервейле. Сегодня, по возвращении домой, я отправлю к вам горничную, чтобы помочь упаковать вещи.

– Мне кажется, в этом нет нужды.

– У вас есть своя горничная?

Удивившись, Кейт засмеялась.

– Нет. У меня не так много вещей. Но я имела в виду другое – не очень прилично приглашать меня в ваш дом.

Лорд Дру захлопал глазами.

– Почему неприлично? Это же родовое гнездо!

От этих слов болезненно сжало грудь.

– Но я никого не стесню?

– Абсолютно никого! – заверила ее Хэтти. – Всем досаждать – это прерогатива нашего братца Беннета. И он ревниво следит, чтобы никто не посягнул на эту роль.

– Да и как ты сможешь нас стеснить, дорогая? – включилась в разговор тетушка Мармозет.

– Даже если все, что вы рассказали, правда… я ведь ваша незаконная дальняя кузина, дочка арендатора.

Кейт подождала, пока смысл ее слов дойдет до них. Наверняка обладатели такого общественного ранга, как Грамерси, не знаются со своей незаконнорожденной родней.

– Если вы насчет скандала, то можете не волноваться, – заметила Ларк.