Люби меня по-немецки

Нет, мы отлично общаемся и с ним, и с его напарником Денисом, но обычно ограничиваемся приветствием и парой ничего не значащих фраз, и тут вдруг такой живой интерес…

Отказывать как-то невежливо, поэтому я, хоть и без большого энтузиазма, но забираюсь-таки на высокий барный стул.

— Прости, я бы с удовольствием с тобой поболтала, но очень хочу поскорее увидеть Курта и преподнести ему сюрприз, — играю бровями и понижаю тон. — У нас сегодня маленький юбилей — месяц отношений. Не знаю, что он приготовил для меня, но мой подарок ему точно запомнится надолго.

— Юбиле-ей? Вот это да. Поздравляю! Прими этот коктейль в честь такого замечательного события. И не вздумай уйти не допив — плохая примета, — Стас суёт мне в руки высокий стакан с чем-то красным и явно намеревается ретироваться туда же, куда планировала пойти я — за вожделенную дверь. Причём вид у него такой, будто его застукали на месте преступления. Очень-очень нехороший вид.

Я влюблённая, но я не дура. Он не хочет, чтобы я туда входила.

— Я?.. На склад. У меня… лёд закончился.

Пока я в недоумении смотрю сквозь прозрачную дверь холодильника на полное ведро льда, Стас проворно выходит из-за барной стойки и тянется к дверной ручке, но я со скоростью гепарда спрыгиваю со стула и перехватываю на полпути его запястье:

— Что там, Стас? Почему ты не даёшь мне туда пойти?

— Ничего, говорю же — лёд, — парень нервно улыбается, но я же вижу — врёт.

Нутро сковывает липкий страх. Даже ужас подозрения.

Сильнее цепляюсь за его покрытую татуировками руку и шепчу:

— Он что, там не один? — пристально смотрю в глаза бармена, но тот лишь кривит губы, словно испытывая невозможные муки.

— Ульяна, пожалуйста, я очень хорошо к тебе отношусь. Ты меня без ножа режешь. Просто не ходи туда, ладно? — он умоляюще смотрит на меня, и я вижу, что ему действительно тяжело даётся это всё.

Он там не один. Курт там не один, и Стас это знает.

Странно, но когда всё встало на свои места панический страх отступил. Место его заняло другое, более опасное чувство…

— Спасибо за коктейль, — в голосе сталь, — я попробую его в другой раз. А сейчас просто дай мне пройти.

— У тебя там клиенты у стойки, — снимаю его ладонь с ручки и уверенно тяну на себя дверь.

Тёмный коридор подсвеченный синими люминесцентными лампочками встречает меня тишиной и знакомой прохладой. Дверь гримёрки в конце коридора приоткрыта и тонкая полоска света рассеянной жёлтой лужей падает на мрачный пол.

Да, Курт там не один, я определённо слышу приглушённые голоса, один из которых — незнакомый женский.

Подслушивать плохо! Это очень плохо. Поступок недостойный, в чём-то даже унизительный.