Любовник (СИ)

Слышу, как на кухне гремят стеклянные стаканы, и бежит из крана вода. Задело? Но это правда.

Вернувшись к своим вещам, выбираю только повседневную одежду. Ворох вечерних нарядов и туфель на каблуке оставляю нетронутыми. Зачем они мне? В той жизни, куда я ухожу, такие вещи не пригодятся.

Забив одну сумку, выношу ее в прихожую и возвращаюсь со второй в спальню. Стою, глядя на обилие баночек и тюбиков на косметическом столе, и размышляю. Глупо, наверное, тащить все это сейчас к маме в квартиру, их там и расставить-то негде будет.

- Все забирай, - оказавшись за моей спиной, припечатывает муж грубо, - или выкину.

- Можно я заберу, когда закончится ремонт?

- Он еще не закончился? Где жить будешь?

- А че, любовник в себе не позвал? – глумится Костя открыто.

- Не позвал! Тебе-то что?

Он проходит в комнату и садится на кровать. Психует, злится, но изображает что-то похожее на веселье. Подперев подбородок кулаком, ехидно улыбается.

- Дура ты Вика. Я даже разочарован, думал ты умнее.

Бросаю в сумку первое, что попадается на глаза. Расческа, массажная щетка, маска для сна, фоторамка, книга о семейной психологии – бесполезная вещь, крем для рук, чулки, которые Костя так и не оценил.

- Сделала бы аборт, и никто ничего бы не узнал. Жили бы как раньше.

На слове «аборт» меня коротит. Закрутившийся в груди ураган поднимает со дна осевшую там обиду. И впрыскивает в нее дозу яда.

- А ты умный, Костя. Молодец! Виноват всегда тот, кто первый спалился, да?

Сощурившись, муж скачет по мне взглядом, при этом избегая смотреть в глаза. Дерганым движением взбивает идеальную укладку и быстро облизывает губы.

Закрутившиеся в спираль внутренности, сдавливают сердце и перетягивают грудную клетку.

Молчит. Нечем крыть. Понял, что секрет его уже не секрет. Даже отпираться не собирается.

- Я все знаю, - контрольный в голову, - можешь не отпираться, Костя.

Уронив голову, он смотрит на сцепленные в замок руки. Вижу, как взволнован, как высоко с каждым вздохом вздымаются плечи, как тяжело дышит через рот.

- Откуда? – и голос будто не его. Глухой, хриплый.

- Кто рассказал? Стас?

Видимо, крепко Ковалев его за яйца держит.

- Не важно. Ты не лучше меня, ясно? – взвиваюсь я, - даже хуже! Ты использовал меня как ширму! Ты никогда меня не любил!.

- Признайся, когда ты женился на мне, ты уже изменял мне?..

- Нет. Еще нет. Тогда меня это не возбуждало… я позже пристрастился…

- К чему? – спрашиваю шепотом, заранее боясь услышать ответ.

Кажется, я знаю далеко не все.

- К такому сексу, Вика! Я втянулся…

Господи, о чем он говорит? Он что, извращенец?! Чем они там занимались?!

- Да, мне нравится, когда женщина меня унижает! Нравится ползать перед ней на коленях, быть рабом!.. Нравится!

Видимо, заметив бурю эмоций на моем лице, Костя встает и пытается приблизиться.