Любовник (СИ)

Вика вздрагивает, а потом ее взгляд натыкается на пакеты в моей руке. На лице буря эмоций. Но молчит. Открывает дверь и ждет, когда я закачу коляску внутрь.

- Нет, я здесь под лестницей оставляю.

Пацан проснулся. Моргает смешно, смотрит на меня из-за ее плеча. Я с улыбкой ему киваю, мол, привет. Он хмурится. Забавный. Маленький такой, а уже мужик.

Пристраиваю коляску и иду с ними по лестнице вверх. Вика, вроде, не против. По крайней мере, тормознуть меня не пытается. Останавливается на третьем этаже и вынимает из кармана ключи от квартиры. Я подхожу ближе. Немой посыл, что намерен зайти внутрь.

Молчит. Открывает дверь и только после этого на меня смотрит. До костей взгляд ее прошибает. Не пустой – говорящий. Помнит все. Что между нами было и встречу ту нашу последнюю. Ничего не забыла.

- Ты с нами? – спрашивает тихо.

- С вами, - хриплю в ответ.

Кивнув, заходит в квартиру. Я следом. Стою у порога, пока она разувается и несет ребенка в комнату.

- Проходи, - выглядывает в прихожую, - мне Богдана покормить надо. Подождешь?

Пока сам раздеваюсь, Вика оставляет пацаненка в комнате и быстро идет мыть руки.

Когда возвращается, тот уже недовольно вопит.

- Голодный, - комментирует со слабой улыбкой.

Уходит к нему, оставив меня стоять под дверью. Подперев спиной стену, складываю руки на груди и опускаю голову.

Ох*еть, меня размотало. Пытаюсь нормально дышать, но только усугубляю состояние. Сердце наяривает как отбойный молоток. В мозгах троит, в глазах помехи.

Чтобы не слететь с катушек, начинаю осматриваться по сторонам.

Обычная хрущевка в старом доме, но с неплохим ремонтом. Помню, Вика рассказывала про эту хату. От бабки ей досталась.

Все чистенько и как-то слишком по-женски. Чувствуется, что мужиком здесь и не пахнет.

А вот едой… едой, да, пахнет, и очень приятно. Едой, самой Викой и ребенком… чужим. Но это временно, просто привыкнуть надо.

В какой-то момент дверь бесшумно открывается, и она выходит из комнаты с пацаном на руках. Встает напротив, но смотрит при этом на своего сына.

Неосознанно весь подбираюсь. Выпрямившись, напряженно жду, что скажет.

- Что ты хочешь, Егор?

Пацан… Богдан грызет резиновую игрушку и с интересом поглядывает на меня, словно тоже ждет моего ответа.

Она усмехается, а потом, развернувшись, идет в сторону кухни. Я за ней, как привязанный.

В воздухе кухни витает напряжение. Как шаровая молния. Одно неверное движение, и взрыв. Мои мышцы настолько натянуты, что мне становится больно.

Идиотизм. Так реагировать на другого человека. Умом понимаю, а тело ведет себя независимо от разума. Бешеный пульс в висках и невозможность сделать полноценный вдох, словно легкие слиплись.

Уложив Богдана в люльку у стола, отхожу, чтобы включить чайник.