Маленькая хозяйка большой таверны

К тому же, на нашем фасаде появилась новая вывеска – ярко-синяя, с белыми звездами, буквами и скрещенными мечами, гласившая, что отныне это место именуется «Королевским Клинком».

Да, разрешения в Ратуше я еще не получила, но Леннарт сказал, что проблем с этим не возникнет. Можно менять названия хоть каждый день, правда, не забывая вносить небольшую пошлину в государственную казну.

На это я решила, что обязательно ее внесу. Но не сегодня, а завтра.

Если мы, конечно, переживем эту ночь.

Новую вывеску, порядком помучавшись, повесил Леннарт, после чего настал мой черед мучиться, но уже с магией.

Наконец, все-таки запустила в вечереющее небо и заставила висеть над входом в таверну два магических светлячка. Как долго они продержатся, я не знала, зато сейчас, в сгущавшихся сумерках, новое название было видно даже издалека.

Правда, это не давало никакой гарантии того, что неприятности обойдут нас стороной. Именно это я пыталась объяснить Эмилии, но та наотрез отказалась меня слушать.

– Здесь слишком опасно – и для тебя, и для нашего сына, – в который раз попытался уговорить ее Олаф. Затем попробовал на нее надавить: – Я твой муж, в конце-то концов, и ты должна делать то, что я тебе прикажу!

На это Эмилия, фыркнув, не слишком любезно озвучила место, куда ему следовало идти со своими приказами.

Олаф бросил на меня беспомощный взгляд, но я лишь пожала плечами. Повару оставалось только посочувствовать.

– Если что и случится, мы всегда сможем укрыться в погребе, – сообщила мне Эмилия, на что я покачала головой, сказав, что не собираюсь так рисковать.

Не допусти Святая Эрдина таверну подожгут, тогда погреб вряд ли убережет нас от угарного газа.

Или же если толпа захочет расправы и примется выковыривать всех нас из этого самого погреба… Мое издерганное воображение рисовало поистине жуткие картины!

Но раз затея с родителями Олафа провалилась, я стала подумывать о том, чтобы отправить всех в центр города, где снять номер в дорогой гостинице – не выгонят же нас оттуда? – но тут появился еще один неплохой вариант.

– Мы поедем к Гордону, – произнесла Мария. – Правда, его самого не будет. Хозяин заставил всех подмастерьев сторожить свой дом и лавку, – пояснила мне.

 – Он тоже боится. Но жена Гордона нас не выгонит, поэтому я заберу детей и отправлюсь к ней. А Эмилия, – Мария окинула ее спокойным взглядом, – пусть сидит в своем погребе.

Но в погребе той сидеть в одиночестве не захотелось, поэтому она побежала собираться, а я, украдкой вздохнув, сунула Марии все оставшиеся у меня деньги.

Она попыталась было протестовать, но я настаивала. И даже объяснять ничего ей не стала.

Впрочем, экономка поняла меня без слов.

– Насчет этого не стоит волноваться, – произнесла она.