Маленькая хозяйка большой таверны

Могли бы отделаться и большой – все едва не обернулось страшной трагедией, – но, на наше счастье, пришел Эдвард Блейз и привел своих магов.

А потом оставил двух своих людей, чтобы те позаботились о нашей безопасности.

Правда, сейчас этих людей нигде не было видно, и я решила, что они либо отправились домой, либо остались ночевать в свободных комнатах. Своего брата я тоже не заметила – выходило, он еще спал, если, конечно, не убрел по своим делам.

Признаюсь, я понятия не имела, какие могли быть дела у Артура Дюваля в Виллерене. Ни отец, ни муж и уж тем более ни старший брат Лорейн никогда не считали нужным ее во что-либо посвящать, поэтому сейчас я бродила в потемках.

И в этих самых потемках иногда возникали вопросы, на которые у меня не было ответов.

Например, я не знала, чем планировал заниматься Артур Дюваль, потерявший основной источник дохода.

Он жил на ренту, получаемую от арендаторов, но если поместье разорено, а на землях Дювалей шли сражения, то денег у Артура нет и в ближайшее время они вряд ли появятся.

Но, быть может, он потерял не все? Кто знает, вдруг брат изменил своим привычкам и ему удалось отложить приличную сумму на черный день? Или, быть может, у него есть надежда на компенсацию из казны? Или имение Дювалей было застраховано, и Артур вот-вот получит или уже получил приличную сумму?

Этого я не знала, но попыталась уговорить себя, что меня это нисколько не волнует.

Денег он мне все равно не даст, зато вчера помог, и на том спасибо.

Но меня почему-то волновали его дела.

А еще тревожило, где сейчас могло находиться сокровище Лилий.

Потому что оно где-то было… Лежало, спрятанное, вместе с архивом, который, подозреваю, для многих представлял не меньшую ценность, чем золотые монеты с чеканным изображением Хуго II.

Потому что Лилии за короткое время у власти так и не успели отчеканить свои, с ликом их мятежного короля Адриана.

Тут в обеденном зале появилась Мария с корзинкой в руках, и я заморгала, возвращаясь от мыслей о сокровищах в реальность. Экономка что-то сказала Анье, на что та, разогнувшись, покивала, а ее лицо расплылось в довольно улыбке.

Мне стало интересно, о чем это они шепчутся с утра пораньше – да еще и улыбаются! – поэтому я принялась осторожно спускаться по лестнице.

Спустилась бы значительно быстрее, но это оказалось еще той задачей! Плечо с каждой ступенькой выходило из своей спячки, с новой силой решив отомстить мне за то, что я побрезговала обезболивающей настойкой.

Но я твердо решила не обращать на него внимания.

К тому же примерно на середине пути моих ноздрей коснулись запах свежевыпеченного хлеба и… нежный, но устойчивый аромат цветов.