Механизм пространства

Имеются особые трубки для удаления сгоревших газов… Мсье желает ознакомиться подробней?

– Нет, мсье не желает.

– Не знаете, где я могу встретиться с господином Лебоном?

– Мсье торопится? – радости старичка не было предела. Он чирикал, перхал и трясся за стойкой. – Зря, зря. Все там будем. Сядем рядком на небесах, глянем вниз, как славно горят наши патентики. На жизнь, на здоровье, на достаток…

Архивариус вдруг перестал ликовать.

– Мсье интересует кончина мсье Лебона?

– Обстоятельства? Трагические обстоятельства, мсье?

– Ну, если трагические…

Торвену сделалось неприятно. Старичок разглядывал его, как товар в лавке. Прикидывал цену, готовился к торгу, хотел не прогадать. Главное же, чувствовалось, что в этом торге архивариус – не новичок. Так опытный игрок ведет партию по накатанной, многажды хоженной дорожке.

Рассчитывая отвлечься, он взял очередную бумагу.

– 7-е фрюктидора IX года. Свидетельство о дополнительных усовершенствованиях. «Двигатели, аналогичные паровым машинам, приводимые в движение постоянными газами». Взрыв «воспламеняющегося воздуха» происходит в цилиндре под воздействием электрической искры…

Не веря глазам, Торвен прикипел взглядом к свидетельству. Нет, зрение не обманывало. Филипп Лебон зарегистрировал патент на поршневой газовый двигатель. Два компрессора, камера смешения; система электрозажигания… Скверный механик, Зануда тем не менее ясно видел, что он держит в руках. Жалкий, желтый, рыхлый огрызок от неудачливого гения. «Приветствую павшее величество!» – захотелось сказать ему, словно Торвен стоял рядом с утратившим трон, отрекшимся, готовящимся к казни монархом.

«Так вот что имел в виду Карно!..»

– Несчастный человек, мсье. Конечно, я помню его, нашего дорогого профессора Лебона! Вообще-то он – Лебон де Гамберсэн, но в те кровавые дни за приставку «де» платили головой. Мадам Гильотина не разбирала, принц ты или инженер!

– Что вы, мсье! С ним все вышло гораздо хуже…

Не понимая, что может быть хуже гильотины, Торвен молча смотрел на старичка. Тот платил ему ответным вниманием, сморкаясь и утирая глаза платочком. Слезы течь не хотели, архивариус тер изо всех сил, и наконец добился результата.

Одинокая и скупая, как ростовщик, слеза покатилась по щеке.

– Если мсье хочет узнать ужасную, леденящую душу историю, пусть обождет десять минут. Короткий день, мы скоро закрываемся. Рядом есть кабачок – «Крит», славное местечко. Скромный ужин, бутылочка винца, и мсье получит настоящее удовольствие.

– Отчего бы вам не рассказать мне историю прямо сейчас?

Торвен демонстративно потянулся за кошельком.

– Нет-нет! – рискуя рассыпаться в прах, старичок замахал руками на глупого мсье. – Я не буду рассказывать! Я буду кушать ужин! Рассказывать будет папаша Бюжо, кабатчик.