Механизм пространства

 – Предупреждаю, она нам понадобится. Ваш металл (уж не знаю, как он достался вашему пращуру!) воистину принц металлов. Его до войны получил англичанин Дэви, но только в виде соли. Дэви зовет его – „алюминиум“. Запомните это слово, князь. „Светоносный“ – в нем ваша судьба, ваш диагноз и ваше лечение…»

Дочитал пан Гайдук, саблю ладонью тронул. Повернулся к вестнику:

– Угрей, значит, привезли?

Через неполный месяц Казимир Волмонтович, еле живой от голода и слабости, сошел с дилижанса у копенгагенской Ратуши. Пан Бог в небесах глянул вниз – и вздохнул с облегчением.

– Я должен перед вами извиниться, пан Шевалье.

Свечи догорели. Сквозь иллюминатор в каюту робко вползал рассвет.

– Пустое, князь, – язык нащупал саднящую пустоту на месте выбитого зуба. – У меня нет к вам претензий. Вы были уверены, что я… гм-м… жажду крови. Вы защищали своего друга. На вашем месте я бы поступил точно так же. Славно вы меня приложили! – Огюст нашел силы улыбнуться. – Это я вам говорю как грузчик.

Волмонтович встал и поклонился.

– Еще раз приношу свои извинения. Это все полковник. Вернув мне человеческий облик, он сумел сохранить кое-какие преимущества, которые давало мое… э-э… предыдущее состояние. Кстати, друг мой, – обернулся князь к Эрстеду, в чьей каюте они провели остаток ночи, – не найдется ли у вас, чем промочить горло?

– Наш любезный капитан оставил мне бутылку кьянти, – датчанин сунулся к стенному шкафчику. – Ага, есть. Кружки… Прошу, господа!

Пить в такую рань Огюст не привык. Но добрый глоток вина был жизненно необходим не одному князю. Что ж, раз солнце едва взошло над горизонтом – значит, утро еще не наступило. А ночные гулянки для парижанина – дело привычное.

– Казимир дорого заплатил за свои таланты, мсье Шевалье. И платит до сих пор. Зависимость от браслетов из алюминиума, сеансы электричества – не реже раза в год. Хотя я рассчитываю со временем решить эту проблему. Мы с братом над ней работаем…

Огюст поднял кружку:

– Позвольте тост, господа. За жизнь человеческую! Без лишних «талантов»… Поверьте, я тоже знаю, о чем говорю.

– Ваши слова, да Богу в уши, – хмыкнул князь. – Прозит! Кстати, откуда вы узнали о моем ранении в живот?

Острый взгляд поверх окуляров дал знать: небрежный тон, напускное безразличие – маска. Князь, как минимум, заинтригован.

– Не сочтите меня безумцем, но… У меня бывают приступы ясновидения.

– Иначе не назовешь. Я не в силах их контролировать. Меня выбрасывает то в прошлое, то в будущее. Я видел ваш бой с русскими казаками, князь. Перекресток дорог, дождь, грязь. Вы зарубили первого, но второй достал вас пикой.

– Что вы еще видели, если не секрет?

Полковник заинтересовался не меньше князя.

– Разное.