Мимолётный Альянс

Те, кто уверены, что подобный ход ослабит его авторитет перед народом. Это ведь логично, правда?

Герман хмурится и кивает.

– Я думал об этом, но наши люди знают, чем это грозит. Они изучали историю нашей страны в школах и во всех деталях знают о том, что было в прошлом. Анархия и монархия – любовницы. И пока монархия сильна, то анархия слабеет. Но… я ещё раз обдумаю этот вариант. Это твой столик, Реджина. – Герман точно угадывает моё место или же он просто был в курсе дел. Он полицейский и, конечно же, знает, где сидят гости, особенно шпионки. Нет, он неплохой для меня. Герман мой рыцарь из прошлого, и я очень рада его видеть. Искренне. Он на моей стороне. А союзники не помешают.

– Герман? Что ты здесь делаешь? – интересуюсь я.

Он мягко улыбается мне в ответ и пожимает плечами.

– Не мог проигнорировать очередное приглашение. Хотя бы на одном из приёмов я должен быть, как и на дне рождения Дина. К сожалению, на коронации я тоже обязан быть.

– Ох, так вы близко знакомы?

– Ты ещё не в курсе? Я его двоюродный кузен.

Вау! Всё интереснее и интереснее.

– Надо же, пока до меня не дошли такие важные слухи. То есть ты… здесь с родителями? Я не видела их вчера. Вообще, мне никто не сказал, что и ты будешь. В общем… я…

– Мои родители погибли. Отца убили, а мать так и не смогла смириться с такой потерей. – Лицо Германа мрачнеет.

– Боже, прости. Мне жаль, я не знала. Он тоже участвовал в войне, да? Он был против анархии? – грустно шепчу я.

– Да, они оба поддерживали дядю, и отец спас его, но погиб сам. А мама… вышла замуж через пять лет, но не смогла начать новую жизнь. Это было… тяжело для всех нас. Меня воспитывала бабушка, как и мою сестру. Отчим уехал сразу же после похорон, оставив сестре наследство.

– У тебя есть сестра?

– Да, – Герман цокает и шумно вздыхает.

– Она здесь? Не говори, что она тоже одна из кандидаток в невесты. Пожалуйста, не говори…

– Нет-нет, она живёт отдельно и не хочет участвовать во всём этом. Она младше меня. Ей не нравится бывать здесь, и она не считает себя родственницей Дина, хотя именно мама была приближена ко двору, а отец был здесь обычным конюхом. Они так и познакомились…

– Это очень романтично, – шепчу я, и Герман улыбается.

– Да, я помню их любовь… но был очень мал. Когда убили отца, мне было лишь несколько месяцев, а когда умерла мама – всего семь лет, но бабушка каждый раз вспоминала о них с любовью и уважением, с гордостью и печалью.

– Они этого достойны. Познакомишь меня с сестрой? Я была бы рада узнать ещё одного хорошего человека здесь.

– Хм, ты её знаешь, – Герман прочищает горло. – Эльма – моя сестра.

Чёрт! Потрясающе! Лучше не бывает! Офигенно события разворачиваются! «Санта-Барбара» без подписки!

– Да… мне пора за свой столик.