Мимолётный Альянс

Старые джинсы ещё со студенчества, обычная белая блузка и балетки выглядят явно дёшево. Мне жутко неловко и некомфортно, когда посетители, оборачиваясь, начинают шептаться обо мне. Плохие воспоминания… очень плохие воспоминания. Кыш! Чёрт, кажется, я сейчас расплачусь или что-то со мной произойдёт, ведь меня сажают в кресло, обитое бархатом, чуть ли не на самом видном месте террасы. И явно все говорят обо мне.

Мои щёки полыхают от стыда. Ещё не стёрлись в памяти те минуты, когда я, выряженная в ужасное свадебное платье, стояла там, рядом со священником, и смотрела, как мой жених хватает за руку девицу и несётся с ней к выходу из церкви под общий шокированный вздох приглашённых гостей. А затем смех… много смеха. Они все смотрят на меня, кто-то даже пальцем показывает. Эти лица… они окружают меня, и мне дышать нечем. Мне неприятно, гадко и противно от вида всех этих людей. Они…

– Милочка, вы в порядке? Вина! Где вино? Ей нужно немедленно испробовать наше вино!

Дёргаюсь от громкого голоса с акцентом и, моргая, поднимаю голову.

– Дорогая моя, добро пожаловать в Альору. Ты пока насладись самым лучшим вином из королевских погребов, а я приготовлю специально для нашей гостьи самые изысканные блюда моего ресторана. Полье, налей вина мадемуазель и проследи, чтобы она всегда улыбалась.

Прикрываю глаза и вжимаюсь в кресло, желая провалиться сквозь землю.

– Мадемуазель, мы рады видеть вас в нашем ресторане. Попробуйте, это лучшее вино, правда. Ну же. – Молодой парень, широко улыбаясь, подталкивает ко мне бокал.

– А можно тише? Хотя бы немного тише разговаривать? Цирк какой-то, – шепчу, поглядывая на соседние столики, а те гости, что сидят за ними, открыто изучают меня, да ещё и что-то своим друзьям говорят. Ни грамма воспитания. Боже мой…

– Ох, Ромье всегда шумный и весёлый. Оттого его и любят. Итальянец, они всегда очень экспрессивные, – смеясь, Полье ещё ближе двигает ко мне бокал с вином.

Куда я попала, и где мои вещи? Да я готова сломя голову нестись из этой чёртовой неадекватной страны, потеряв деньги, заплаченные за четыре недели пребывания здесь! А это только второй день, и я оказалась в центре жуткой, вульгарной и неподобающей сцены в их популярном ресторане. И даже этот парень, облачённый в брюки, жилетку, идеально скроенную белоснежную рубашку, и в такого же цвета перчатках пугает меня до обморока.

– Странные люди. Странный город. Странная страна. Что вы принимаете?

Нервно дёргаюсь, когда Полье чуть ли не на край стола пододвигает бокал. Они опоить меня решили? Извращенцы ненормальные.

– Странные? Почему странные? Мы… ох, закуска готова. Сейчас принесу. Наслаждайтесь, мадемуазель. – Полье прикладывает палец к уху, и я замечаю в нём наушник.