Мрак в конце тоннеля

А за спиной у него синими огнями пульсировала темнота, казалось, что это призраки беспокойно мечутся в поисках выхода.

Официантки и вовсе повеселили меня: темные платья на них с фосфорным рисунком – ключицы, ребра, а тазовые кости закрыты стрингами. Эдакие скелеты в трусиках. Платья короткие, ноги под ними самые обыкновенные, а потому настраивающие на жизнеутверждающий лад. Только почему-то не возбуждающие…

Посетители – пестрая публика. И эмо здесь тусуются, и готы, но есть и обычная молодежь, заглянувшая сюда в поисках острых ощущений. Судя по лицам танцующих парней и девчонок, ощущения эти создавали не только музыка и обстановка – похоже, без наркотиков здесь не обошлось.

Женя разлил по рюмкам водку.

– Просто, зато безопасно, – сказал он. – Я коктейли в таких ямах вообще не заказываю. Намешают всякой дряни, потом покойники без всякого антуража мерещатся. И Смерть косой машет, только успевай уворачиваться…

Я сделал вид, что это его поучение стало новостью для меня, хотя он уже раз десятый озвучил свою мысль. Как нальет, так и рассказывает, какой он умный. Верней, после первых нескольких дринков стал умничать, а так сидел себе спокойно, думал о чем-то…

Официантка уже унесла одну бутылку, вторая уже наполовину выпита. Мне хорошо, сознание омывает теплая и мягкая пьяная волна. И подземелье совсем не пугает… Да и глубина здесь совсем не такая, как в бункере на Баррикадной. Там метров шестьдесят под землей, а здесь и трех не будет. Под обычным хлебозаводом находится это бомбоубежище; правда, вход с улицы, чтобы на охраняемую территорию не заходить.

– А неплохо они с барменом придумали, – заметил Женя. – Ощущение такое, будто это твой последний день…

– Нет, ощущение такое, как будто этот последний день уже прошел, – хмыкнул я.

– Вот! Вот! Как будто на том свете… Знаешь, у древних греков обычай такой был: деньги с собой на тот свет брать, чтобы паромщику заплатить, который на тот берег Стикса тебя должен перевезти. А мы тут бармену платим. Назад пути уже нет, и денег совсем не жалко…

– Как это назад пути нет?

– Ну, это ощущение такое возникает, что назад пути нет. Потому и с деньгами легко расстаешься. На это и расчет. Поверь, Игорь большой психолог, он знает, как деньги из людей выкачивать… Костян все это финансирует, а Игорь тут рулит… Может, мы его еще сегодня увидим…

Я мрачно усмехнулся. Сейчас меня не столько Костинский интересовал, сколько Костя. Он, оказывается, во главе всей банды стоит. Он золото под землей нашел, он создал сеть ночных клубов из заброшенных, а потому и дешевых бомбоубежищ. Он и дальше расширял эту сеть, не брезгуя грязными методами. Я знал только один факт, когда его жажда наживы сгубила, считай, два десятка человек.