Мрак в конце тоннеля

– Зачем с собой взял?

– Да спокойней как-то, – пожал плечами парень.

– Он тебе не поможет. Если ты в меня, например, выстрелишь, только еще больше разозлишь. Поверь, в состоянии аффекта такой выстрел никто даже не почувствует…

– А если в глаз выстрелить?

– В глаз еще попасть нужно.

Валера достал из кармана какой-то предмет, вытянул руку, чтобы я осветил ее фонарем. Это был цилиндр глушителя, который он тут же неторопливо и с важными видом накрутил на пистолет.

– Был у меня случай, с придурком одним сцепился. Я глушитель на ствол накрутил и ему под ноги выстрелил. Как будто это бесшумный пистолет. Он как ломанулся от меня, только пятки сверкали.

– Значит, полный придурок был, – хмыкнул я. – Боевой пистолет с глушителем бесшумно стреляет, но у него затворная рама назад отходит. С характерным звуком. А в твоем пистолете этого нет…

Валера передернул затвор и выстрелил в потолок. Пневматический пшик действительно напоминал заглушенный выстрел, но затворная рама на пистолете даже не дернулась.

– Ну да, нету здесь такого, – приуныл парень.

– А чего ты переживаешь? В наших джунглях такой пшикалкой никакого не напугаешь. В нашем положении не пугать надо, а сразу на поражение стрелять. Ну, если вдруг что… Боевое оружие сейчас нужно. Хорошо, если я ошибаюсь – а если нет?

Я сунул руку под полу куртки, вынул из оперативной кобуры «макарыч».

Частному охраннику разрешалось иметь при себе служебное оружие, которое отличалось от боевого лишь ослабленной дульной энергией. А так ствол нарезной, и пуля настоящая. А частному сыщику по закону дозволялось иметь только спецсредства – шлем, бронежилет, резиновую палку и наручники. Даже травматический пистолет иметь нельзя. Частному детективу такое оружие не позволялось, поэтому я приобрел «макарыч» на правах обычного гражданина, разумеется, с соблюдением всех разрешительных формальностей. Такая вот петрушка у нас с законами. Была. Потому что ни петрушки теперь нет, ни законов. Есть только хаос, и сейчас он сверху спускается к нам.

– Боевой? – спросил Валера.

– Если бы, – с сожалением покачал я головой.

И в это время под потолком загорелась лампа. И воздух с едва уловимым шелестом посыпался из вентиляционного канала. Или дизельная электростанция заработала, или… Может, и нет никакой войны? Может, все-таки нас водят за нос?..

Я только собирался вернуть пистолет на место, когда в кубрик вбежал Леша. Глаза бешеные, под носом по лицу размазана кровь.

– Гады! Гады! – простонал он, в беспомощной злобе сжимая кулаки.

Увидев пистолет в моей руке, он испуганно попятился, столкнувшись в дверном проеме со своим старшим братом.

– Ничего, – хмыкнул я, засовывая пистолет в кобуру.