Муж и жена - одна сатана

Ром не заставил чувствовать опьянение, но желание ругаться и огрызаться убрал.

— Да я больше о том, что ты оказался нормальным. Игни, знаешь ли, как-то не везло на противоположный пол. То этот ее друг родителей, то хлыщ, который на нее проспорил...

— Так, а вот отсюда поподробнее.- Я аж весь подобрался. Проспорил? Знаю я эти мерзкие дворцовые шуточки, когда на спор пытаются кого-то соблазнить. Глупые детишки, которые не могут придумать ничего умнее. И жестокие.

— Да не было подробностей. Игни сразу догадалась, хотела сжечь. А мне пришлось его спасать: прямо из-под огня вытащил...

— Вытащил? — Я сразу почувствовал, что это слово какое-то многозначительное, с двойным дном.

— Ага, вытащил, — активно подтвердил Ксантос. — Прямо через перила перекинул вниз. Да не смотри ты так, там все второй этаж, пара переломов. А так остался бы головешкой.

Ксантос спокойно допил ром и налил себе еще. Вот теперь еще легче было понять, почему Ксан и Игни подружились...

— Так что у вас произошло? — Ксантос грубо прервал мои мысли.

— А что произошло? — Нет, неужели он и всерьез рассчитывает, что я буду с ним откровенничать? Я похож на доверчивого идиота? Будь это так, мой некромантский век был бы недолог.

— Ты выгнал меня со спальни Игни, потом вы целовались, а потом она отправила себя восвояси.

Я едва не подавился:

— Какого черта?! Ты за нами следил?

— Да больно вы нужны кому-то! Надо было дырку в потолке заделывать, прежде чем лобызаться! Или приказать Лили найти мне другую комнату!

— Так какого черта ты спрашиваешь, что случилось, если сам знаешь?

— Было ли еще что-то? Или почему ты Игни избегаешь? Она, между прочим, волнуется.

— Да ничего не было, — ответил я. Что там быть могло? Раз указали на дверь, то не насильно же оставаться.

— Так чего с Игнис не общаешься? Тебе не понравилось? Проблемы с потенцией? У тебя на нее не встало?

Я ожидал каких угодно вопросов, но только не этих. И, пожалуй, за все время пребывания Ксана у меня возникло желание набить ему морду. Он, видимо, это прекрасно почувствовал:

— Если не в этом проблема, так в чем? Только не говори, что ты избегаешь ее по какой-нибудь глупой причине, вроде... М... ну, например... «Я почти вынудил ее поцеловать меня, поэтому мне стыдно».

Я отвел взгляд. Даже Ксантос догадался. Если раньше вина мне казалась тягостной, то сейчас она грозила раздавить меня ко всем перемолотым в учебной практике костям!

— Да ты серьезно?! — Ксантос неприлично заржал. — Я пошутить хотел, но не думал, что так попаду.

— У меня не проходит ощущение, что я ее заставил, — покаялся я, чуть не прикусив себе от злости язык — планировал же молчать, нашел, с кем откровенничать. С тем, кто продолжал так смеяться, что едва не расплескал весь ром в уже третьем по счету стакане.