Мы – были! Путь

Но выдержала недолго, минут через пять принялась тоненько визжать и рваться из пут, прекрасно понимая, что никто ее не отвяжет. С каждым мгновением визг усиливался, пока не превратился в вой смертельно раненого зверя. Глаза привязанной вращались, становясь все более безумными, тело били судороги, ее буквально выгибало на станке.

– Нужно прекращать, – негромко сказала Брада. – Иначе сойдет с ума. Она ни в чем не виновата, этой пытки не вынесет ни один человек.

– Поясни, – мрачно приказала Сатра, непонимающе глядя на корчащуюся на станке женщину, до того спокойно выдерживавшую самые страшные, самые нечеловеческие мучения.

 – А вы отвяжите эту! Говори, Брада.

– Что говорить? – улыбнулась провинциалка. – Это очень древнее искусство. Им можно и лечить, и наоборот. Но нужно хорошо знать анатомию и иметь немалую чувствительность, чтобы четко понимать в какой нервный центр и с какой силой втыкать иглу. Разные комбинации дают разный эффект. Научиться этому могут далеко не все. К сожалению. Но кого можно, научу.

– Хорошо, – кивнула Сатра. – Я доложу о твоем способе Первой Ищущей. Думаю, она будет довольна.

Можешь идти отдыхать. У тебя есть два дня, чтобы прийти в себя после проверки. Пошлешь рабыню в медцентр, там ей выдадут нужные медикаменты.

– Благодарю, – кивнула Брада и неспешно вышла из зала пыток, отвязав перед тем Тали.

Девушка аккуратно смазывала тело госпожи обезболивающей мазью и молча молилась Святому Благословенному. Только сейчас она поняла, что именно делали с той проверяющие, как страшно издевались. Почти все тело Брады казалось сплошным кровоподтеком, десятки крупных ожогов наползали один на другой, кожа во многих местах была содрана.

И Тали очень боялась, что и с ней самой вскоре проделают то же самое. Госпожа Брада молча терпела, но рабыня хорошо понимала, что ей сейчас очень и очень больно. Она старалась дотрагиваться до ран как можно осторожнее, но не всегда получалось. Ищущая при этом вздрагивала, ничем больше не выдавая, что на самом деле чувствует.

– Поешь, – хрипло приказала Брада, когда Тали закончила.

– А вы? – осмелилась спросить рабыня, ощущая себя почему-то ответственной за госпожу.

– Мне сейчас не то, что есть, жить не хочется…

– Хоть настойки кирфа попейте, госпожа, она вам заснуть поможет.

– Заботливая ты моя… – иронично протянула Брада, но все-таки взяла парящую чашку и принялась отхлебывать вкусный напиток мелкими глотками.

Потом вдруг резко побледнела, поставила чашку на стол и встала на ноги. Широко распахнула рот и наклонилась. Из ее рта сплошным потоком посыпались тысячи мелких извивающихся белых червей. Они с огромной скоростью расползались по покоям и исчезали в почти невидимых щелях. Тали снова перехватило дыхание.