Мы с тобой не пара! (СИ)

- Принесите вoды и влажные салфетки! – не вдаваясь в объяснения раскомандовался оборотень, так и не выпустив меня из рук. - Быстр-р-ро!

Пять секунд – и он получил желаемое, причём кажется даже с самых ближайших полок. И пока я, решительно отодвинув от себя воду, вытирала рот салфетками, отойдя от места позора на несколько метров в сторону, Волков грозно строил персонал, обещая на их головы все кары небесные (а именно: РосПотребНадзор, СанЭпидСтанцию и неизвестного мне Вулфова). Мол, во всём виноват йогурт и, если проверяющая лаборатория обнаружит в ней хоть одну неучтённую бактерию, он засудит не только текущую смену, не следящую за тoваром, но и администрацию гастронома.

Как говорится, крайний найден.

- Я прoсто беременна, - процедила раздражённо, когда оборотень пошёл на второй виток угроз, а цвет лиц администратора и незадачливого менеджера данного уголка зала сравнялся по белизне с потолком. - Хватит уже народ кошмарить, Волков. ? то и их тошнить начнёт и уже совсем не от йогурта.

- Беременна? – оборотень медленно повернул голову ко мне и недоверчивo прищурился. - Но ведь это не точно.

- Точно, – скривилась окончательно, уже не видя смысла скрывать,и залезла в свою сумочку. Без труда нашла все три доказательства и сунула их ему под нос. – Знаешь, что это? Все положительные. ?ртём разве не доложился?

- Поздравляем, - робко проблеял администратор, но под грозным взглядом Волкова тут же заткнулся снова.

Усмирив персонал, посмевший подать голос, оборотень снова сосредоточил внимание на тестах. ?азглядывал каждый не меньше минуты, словно мог увидеть что-то кроме двух обличающих полосок.

Закончил с третьим, переключил внимание на меня и ещё несколько минут просто молчал.

Я не могла понять, что на этот раз мелькает в его потемневших глазах, да и не сильно старалась, но неуверенно прозвучавшие слова удивили:

- Тебе, наверное, необходимо к врачу…

- ?бязательно, - подтвердила раздражённо. - Через две недели, как договаривались. А теперь может уже поедем домой? Есть хочу.

Пока шли к кассе, Волков ещё раз десять уточнил, не нужно ли мне чего-нибудь ещё, так что под конец рычал не только Цербер, но и я.

Простейшее слово «нет» пролетало мимо его ушей, словно не звучало вообще, а говорить «да» я не могла чисто физически.

В итоге сильнее всех пострадал автомобиль, чьей дверцей я грохнула так, что даже невозмутимый ?оман, всё это время прождавший нас в автомобиле, бросил на меня осуждающий взгляд в зеркало заднего вида.

Но не извиняться же!

- Дорогой, помолчи, пожалуйста, меня снова мутит, я не могу говорить, - заявила я первым делом, когда машина тронулась в обратный путь, а Волков решил задать очередной вопрос из серии «А

не хочешь ли ты ещё чего-нибудь, дорогая?».