Наперекор канонам

Мужчина безропотно отсчитал требуемую дикую сумму денег, чем окончательно убедил меня в своей ненормальности.

– Вам завернуть? – попыталась я выдавить из себя капельку вежливости.

Надо же отблагодарить странного покупателя.

– Нет, не надо, милая девушка, – неожиданно склонился в изящном поклоне незнакомец. – До встречи.

И долго провожала мужчину взглядом, пока тот окончательно не затерялся среди толпы. Случаются же в жизни непонятные происшествия.

Остаток рабочий смены прошел без особых неожиданностей. Вечером я сдала вахту ночному сторожу – полуглухому деду Славе, а дневную выручку – хозяину, тощему верткому мужичонке с ярко выраженной кавказской наружностью. Чай, больных нет ночью с деньгами по улицам шастать.

– Бывай, – помахала я хозяину рукой и потопала к метро.

Около самого выхода из торговых рядов мой взгляд зацепился за яркий сверток знакомой расцветки, небрежно брошенный в урну. Недоумевая, я сделала пару шагов назад. Так и есть, в мусорке валялась знакомая куртка, проданная несколько часов назад вальяжному господину. Я задумчиво пошевелила бровями, пытаясь изобразить работу мозга. Безрезультатно. На ум не приходило никаких внятных объяснений этому загадочному факту. Решив не заморачиваться по пустякам, я поспешила дальше к метро. Когда до заветного пятачка света около входа в подземку оставалось всего ничего, мой путь преградила смутная тень, выскользнувшая из темной подворотни.

– Мужик, отвали, – добродушно предупредила я. – Денег у меня все равно нет, а мордально я страшна как смертный грех. Да и в хозяинах у меня Гоги, он же тебе уши на задницу натянет, ежели я пожалуюсь. Так что проваливай по-хорошему.

Тень мелодично свистнула и, пританцовывая, двинулась наперерез.

– Слышь, я предупредила, – шмыгнула я носом, покрепче зажимая в кулаке связку ключей.

Потом набычилась и двинулась вперед. Тень заплясала вокруг, впрочем пока не делая никаких попыток нападать. А я никогда не гнушалась ударить первой. Женщина должна уметь быть подлой в жестоком мире. Поэтому я сгребла левой рукой мерзавца за шиворот, правой ткнула ему в лицо растопыркой ключей. Тень жалобно всхлипнула.

– Видел, сволочь? – грозно спросила я. – В следующий раз моргалы выколю.

– Не думаю, – неожиданно раздался сзади подозрительно знакомый мужской голос.

А в следующий миг у меня в голове разорвался тугой шар боли. Я охнула и медленно завалилась на бок, погружаясь в безмолвие мрака.

Меня тошнило. Причем сильно. Словно я выпила накануне пол-литра паленой водки, воняющей ацетоном, запив это дело самым дешевым пивом, которое втихаря зовут рыгаловкой, и теперь адская смесь рвется наружу. Что ж со мной случилось, ё-моё? Ничего не помню.

Глаза упорно отказывались служить.