Наперекор канонам

 – И кто же его так разукрасил?

– Она, – невежливо показал на меня пальцем Риль. – Невеста твоя дражайшая.

– Ну и дела. – Градук задумчиво потер подбородок и уставился на меня внимательным изучающим взглядом. – Как я понимаю, Татьяна, расколдовать ты его не можешь?

Я лишь молча кивнула и смущенно понурила голову.

– Ну что ж. – Градук подошел ко мне и сел рядом, указав рукой Рилю на место подле себя. – Давайте думать, как выкрутиться из этой чрезвычайно неприятной ситуации.

– Ты правда готов мне помочь? – недоверчиво прошептал светлый эльф, не рискуя пока приблизиться.

– Да, – отрывисто кинул мой жених. – Это событие бросает тень на репутацию моей будущей жены. И не мне тебе рассказывать, Рианиариль, насколько мстительными могут быть светлые эльфы. А я не хочу, чтобы за моей супругой до самой смерти таскалась куча телохранителей, оберегая от праведного гнева твоих сородичей. Так что садись, и будем думать, как следует поступить.

Светлый эльф почтительно наклонил голову и опустился на ковер подле Градука. Совещание началось.

Я отчаянно скучала. К тому же очень хотелось есть. Когда Риль увидел, что его замок окружило несметное войско, он, понятное дело, совершенно забыл про наш завтрак.

Остальные моих страданий не разделяли. Мужчины ожесточенно спорили по поводу того, как исправить деяние рук моих. Светлый эльф попытался было промямлить, что чары спадут при моей смерти, но перехватил бешеный взгляд Градука и сразу же затих. Попытался что-то вякнуть и Леон, напомнив, что я могу просто-напросто переспать с наследным принцем и тем самым разрешить все наши проблемы. Тут мне даже не пришлось возмущаться. За меня это сделал сам Риль, который с явным отвращением содрогнулся. Неожиданно воспротивился и мой жених.

– Чтобы Татьяна легла в одну постель с этим светлым? – громогласно спросил он. – Ну уж нет. Орка в постели я еще готов был терпеть, но уж никак не другого перворожденного. Вот еще!

После этих слов я впала в глубокую задумчивость. Чем же Ярынг лучше Риля оказался? Или в здешних краях все наоборот – различные извращения, наподобие зоофилии, считаются нормой, а все остальное – отклонением? Чудна бывает мужская логика. А еще нас, баб, в чем-то осмеливаются обвинять.

Одна Гайяна, следуя моему примеру, не спешила вмешиваться в общий разговор. Она о чем-то усиленно размышляла и то и дело загибала пальцы, словно подсчитывая что-то в уме. Не лезла на рожон и я, здраво рассудив, что не стоит лишний раз привлекать к себе внимание.

Спустя час, наспорившись до хрипоты, но так и не сумев прийти к общему выводу, наша честная компания молча сидела и дружно буравила меня злобными взорами.

– Гм, – осторожно кашлянула я. – А как насчет того, чтобы поесть? А то жрать охота – сил нет.